Я иногда роняю лепестки в поток

Я иногда роняю лепестки в поток
ручья, чтоб не хранить воспоминаний,
и каждое – изысканный листок
в букете от Судьбы из дарований
о днях и людях, яствах и делах,
мечтах, что не созрели или будут,
о тех, кто дал иль отнял, слов, и прах
которых важен – книги, сны и люди.

Я не храню ни в памяти, ни в записях –
нигде –
своих удач особенных победы,
дни, как мелькание станций в чехарде,
а поезд неустанно мчит, и едет
внутри него сложившееся то,
что я и есть: та, с бантиком, что так забавно съехал,
и та в роскошном кремовом пальто,
которое ей так идёт к успеху.

Не вижу смысла и особенной нужды
привязывать себя, лишая здесь движений,
без гнева или же пустой вражды,
что без надежды всякой возрождений,
реинкарнаций, если были и смогли,
к тому, что было, но уже в такой дали,
и что вросло в меня, сквозь плоть и смех
просвечивая, так отчаянно врываясь
в мой каждый день – потерь от до рукоплесканий,
который в направлении века тает,
и мне, порой, немного горек тот успех,
он как дымок, он был и вновь уже не станет.

Благодарю безмерно подарившим мне,
сменившим ностальгию равнодушием,
я вряд ли вспомню цвет банта, но скучно
как может быть, когда ступаешь по стерне,
и хруст стеблей ещё вчерашних дружно
рассказывает: вновь придёт весна,
и ненавистный (короток, так краток!...)
особый май,
где смилостивятся и дадут сполна,
прожить позволив лета дней задаток
с условием одним: не забывай.


Любовь Абдуллина
28 июня 2026 г.