Очищение

Когда сгустится мрак над гордою главой
И солнце скроется за тучей гробовой,
Трепещет хладный мир, и ветры воют яро,
Чертоги рушатся от грозного удара.

Сам Громовержец там, на облаке воссев,
Являет смертному небес каравший гнев;
Перун воздвиг свой щит — и молнии стрелою
Пронзают бездну вод над падшею землёю.

Разверзся горний свод! Разверглась бездна тьмы,
И грома грохотом оглушены холмы.
Смесился вихрей шум в испуге первозданном,
И стонет древний дуб под вихрем ураганным.

Священный грозный хлад оковы возложил
На всех, в чьи жилы Рок дыханье жизни влил.
Но дух мой не бежит пред грозною судьбою —
Нездешняя любовь овладевает мною.

О, как велик сей Рок в карающем огне!
Он бренность дерзкую напоминает мне:
Что человек? Лишь тлен, подвластный дуновенью,
Секундный слабый блеск, летящий к разрушенью!

Но бури дикий глас — не вечный смертный суд,
То очищения часы для нас текут.
Смывает ливень грех, и трепетные долы
Уж пьют небесный ток, забыв земли расколы.

Смолкает грозный гул. Рассеялся туман.
И кроткий Аполлон врачует след от ран:
Лазурный небосвод сияет чистотою,
И злачный дол умыт прозрачною водою.

Так дух, познавший скорбь в горниле лютых бед,
Встречает истинный и благодатный свет.
Утих безумный страх! Мудра стихий десница:
За бурей следует бессмертная денница.