Москва живет, все остальные пляшут

Зачем мне колесить по белу свету
и возвращаться в город к берегам?
Бывает, вдохновение поэта
не посещает у вагонных рам.

Но снова мой портфель стоит у двери,
и скулы выбриты, сияют сапоги.
Не хочется купейной постелью
Делиться мне и пить на «ход ноги».

Воскресный вечер, запах уголька,
и на перроне отъезжающие лица.
Наверное, им не хочется пока
Пальмиру покидать «свою» столицу.

Московский лоск еще не потускнел,
порядка даже больше в Петербурге.
Здесь ночью сел – а утром спел:
«Привет, столичный, город шумный!»

Встречает сонная толпа
пространство трех вокзалов,
Но питерским в Москве – увы,
все ж горизонта очень мало.

Где ветру разогнаться у воды,
сорваться в море по прямой?
Залив не ждет, и даже корабли,
жуками ползают по дну Москва-реки.

А на дорогах пробки, толчея,
и кутерьма в метро, везде мигранты.
И все стоят, стоит и вся страна,
Москва живет – все остальные пляшут.

2006