СКА

Мы в девяностые года
рок, полагали, навсегда,
тогда в почёте был и панк,
но не нашел дорогу в банк,
и тут возникло слово «СКА»,
мы все крутили у виска –
что за музонище такой,
панк обзаводится трубой?
Прошу, не путайте со «СКА»,
здесь не о силище броска…
А после вылупился Шнур,
и стал грозой гламурных дур,
в нём было панковское, да!
Но деградировал – среда!
Ведь под влияние попал
попсы, шансона и пропал!
Панк-рок же как-то подустал,
сдав молодёжный пьедестал,
и тут опять возникнул «СКА»,
мы снова крутим у виска –
что за музонище такой?
Но сей ударный, духовой,
лихой, забористый топ бит
провозглашал: панк-рок не бит!
Казалось, время говорит
на злом, простецком языке,
с напором, бойко, налегке!
И всё ж, настроив из песка,
немало замков, время «СКА»
после крутого марш-броска
вновь позабросило – тоска!
На авансцене правит рэп,
что возмужал, созрел, окреп,
казалось, будет так всегда,
берёт сансара ж города!
И тут нежданный трубадур!
Ужель к корням вернулся Шнур?
Нет, это снова бодрый «СКА»,
чья суть по-прежнему резка,
вооружившийся трубой,
по-молодёжному – и в бой!
На сценах рубятся юнцы,
пока седеют панк-отцы!
И вот мы знаем цену «СКА»,
давно не крутим у виска,
всё потому что панки хой!
Со «СКА» становится (освой!)
ещё мощней всё то, что есть
в панке-роке: радостная весть!