День без подвигов

ДЕНЬ … БЕЗ ПОДВИГОВ
Глава 18-я из серии «Судьбы»

Когда щелкаешь семечки, особенно в городе Вологде, сидя на скамеечке, и плюёшься возле себя без зазрения совести шелухой, то всегда собирается рядом стайка воробушек, надеясь, что когда нибудь ты выплюнешь и зёрнышко! Если ты имеешь совесть и осознаёшь, что ты такая же часть природы, как и воробей, то, щемя сердцем от жадности, всё таки бросишь им горсточку целых, не клёванных семечек! Вот и мне – хотя было жалко, но я с воробьями делился. И мне совсем не важно было, что эти маленькие комочки жизни думают обо мне! Они же не знали, что я имею дурную привычку обо всём писать! И могу из невесть какого ума написать и о них! Не о горных орлах, раздирающих свою кровавую добычу на крутых вершинах, не о коршунах, что воруют маленьких цыплят у бедной наседки по её недосмотру! А о самых безобидных сереньких, маленьких воробушках!
Все серьёзные и нормальные люди считают, что если ты пишешь о воробьях – то ты до взрослой жизни не дорос и пишешь лишь для коротких описанных штанишек! Всяк думает по всякому! Вольному – воля! Не себе – себя судить!
Вообще то я знаю – сейчас писатели пишут о разных невероятных невероятностях. И все их действия происходят не ближе от Земли как на сотни световых лет! И хоть там люди чем то смахивают на земных людей но имена их … вообще туши сват и закрывай окна! – Но!.. хоть сдохни, а оторваться от земных сказок они не могут! Не дано земному уму не по земному мыслить и облачать своих героев в не земные образы! Это моё мнение – ваше? … даже воробьи мне не могут подсказать какое оно у вас! Чирикают, да и только!
Пока я сидя на скамейке, выплёвывая семечковую шелуху, и об этом рассуждал, вижу подходит ко мне мужик. Смотрю – всё на месте. В одной руке газета, а другой на ходу тычет пальцем в какую то статью и … уже подойдя спрашивает –
– Читал?
– Я газет не читаю! – Ответил я. – Вот сижу и семечки щелкаю … – Он сел и сказал –
– Правильно делаешь! – А то здесь такое набуравили! Аж за сердце хватает! Но!.. Если не будешь читать то ты до щелкаешься, что до ручки дойдёшь!..
– Что ж там? – спрашиваю я. –
– А то! Водка не сегодня – так завтра … подорожает!
– Пусть дорожает – отвечаю – мне то какое дело?!
– Ну ты даёшь!.. Но шутников я люблю – сам такой! Значит так! Пока сегодня цены прежние, у меня есть на пол бутылки и на пирожок … добавляй на пол бутылки и я сбегаю!
– У меня при себе денег нет … И вообще – денег нет!
– А я другого ответа и не ждал! Чтоб так сразу соглашались – это редкость! Ладно, посижу немного с тобой покалякаю … пока ты созреешь.
– Сиди, калякай –  отвечаю я и послал себе в рот очередное зёрнышко подсолнуха.
– Беда! – говорит он. – Если раньше давали бутылку за прочистку канализации, то после подорожания нужно будет ещё и кран поставить! – Потом немного подумал и что-то его как осенило! – Он хлопнул обеими ладонями себе по коленкам и воскликнул –
– А вот дудки вам! – Если вы подымаете цены на водку, то кто же мне не даст поднять цену за мои, так необходимые, услуги?! Это же Эврика! – Понимаешь ты, или нет?! – Потом он поднял голову вверх, как бы желая убедиться у самого неба – пронимаю я, или нет?!
На дорожке, пересекающей нашу тропу ещё появился чуть сгорбленный мужичок. Мой собеседник аж встрепенулся!
– О! Гришка из нашего ЖК! В нашем ЖК бывший сантехник. Его уволили за пьянку, но он ничего не прогадал! А они прогадали, лишившись такого кадра! Он мог в тринадцати этажном доме только чутьём определить на каком этаже забилась канализация! – Без него они как котята! – Я его ученик и горжусь этим!
Гришка увидел своего собрата по ремеслу, изменил замысел, а меняющиеся замыслы всегда меняют маршруты. Он круто повернулся, и подошёл к нашей скамейке. Подал руку мне, потом моему собеседнику и я только узнал, что зовут собеседника – Витька. Я подвинулся, Гришка сел на освободившееся место и протяжно сказал – 
– О-хо-о хо-о-о!
– Чего так? – Спросил его Витька.
– Что - что!? – Это ж додуматься нужно – деньги есть! – и он вынул из кармана три двести-рублёвки и показал их Витьке. Додуматься надо – повторил он – деньги есть, а выпить я не могу!
– Что случилось? – Взволнованно спросил его Витька?
– Что, что?! – Закодировали меня! Без моей воли … сказали, что печень лечат …
– И что?
– Что, что?! – Прихожу я домой … два крана поменял и прочистил канализацию, а жена ласково улыбается, на столе бутылочка столичной. Она и спрашивает –
– Хочешь выпить? – У меня глаза на лоб!.. – Ну, думаю – поменяла ориентацию! – Слава тебе Господи! И отвечаю
– А кто ж в наше время выпить не хочет?! – Такое сказанула! – Она и говорит –
– Ну, наливай!
– Ты глянь, даже здесь контроль поменяла! И я налил до краёв. Пока вижу где они … края то ... Глянул на жену … не возражает ... и я – залпом! – Пошла хорошо. Но!.. Минут через пятнадцать я валялся в туалете и всё это из меня вылетело … болел … сейчас никак! – Отхожу …
– Да за это можно и в суд подать … и будет рукавицы шить на зоне! – С возмущением сказал Витька.
– Думал!.. Да вовремя спохватился! – Борщ кто будет варить? – Хотя можно прожить и всухомятку … Ладно … сделаю ещё одну попытку, но на улице не хочу. И он поднялся, и просто так, не прощаясь, ушёл. – Витька подумал и с грустью сказал –
– Вот так! Ты им и то, и это, а они тебя возьмут и закодируют. Попробовала бы моя жена это сделать!.. Потом он начал пространно объяснять как технологичней чистить канализацию, и какие прокладки нужно делать, чтоб из крана вода не капала. Я, конечно, всё это мотал на ус. Пригодится!
– Дети есть? – Спрашиваю.
– Есть! – Отвечает. – Сын и дочка. Сын пошёл по стопам отца. Работает два года и уже машинёнку приобрёл. Старенькую, конечно, но на ней на вызовы ездит. Думает о новой.
– Не пьёт?
– Ты понимаешь … наверно в мать пошёл … не пьёт. А так бы после работы с отцом … но не повезло … не пьёт ... Молодой ещё … А ты думаешь почему я пью? – Потомку, что когда выпью – понимаю, что я тоже человек! Что во мне есть душа и сердце и оно так же болит, как и болит у какого нибудь президента … в белых перчатках! Тогда я вижу не человеческую несправедливость и чувствую себя не быдлом! А как бы все жили, если бы не было такого быдла, как я?! Вы бы все в дерьме погрязли! Но это я понимаю, когда я пьян. А когда трезвый – вижу, что все смотрят на меня как на скотину самого низкого пошива … Тогда и я на себя так смотрю и мне не так обидно … У него на глазах появилась слезинка и он её смахнул тыльной стороной руки.
Он ещё что-то рассказывал, но на тропинке метров за двадцать от нашей скамеечки появилась женщина. Остановилась ... руки в боки! И для устойчивости расставила ноги. Смотрит в нашу строну. Мой собеседник схватился как ошпаренный, буркнул – «Жена»! – и на полусогнутых чуть ли не бегом.
Я остался один, и подумал, что и перед женой он видит себя на краю обрыва общественной лестницы. Мне взгрустнулось. Вновь прилетела стайка воробьёв. Странно – после беседы с сантехниками, воробьи принесли другое, чуть приземлённое настроение.
Я уже собирался уйти, но подошла женщина лет сорока пяти и сказала –
– Вы простите меня, я бы хотела рядом с вами присесть.
– Что за вопрос? – Я рад буду. Садитесь … Она села. Поставила ведёрко, а в нем веник и совок. Что-то подумала и сказала –
– А можно я приступлю к своим профессиональным обязанностям?
– Конечно можно! – Говорю. – А какая у вас профессия?
– Да вот … убирать за вами то, что вы, извините, наплевали. Только вы не только на дорожку плюёте, но и в траву попадает. А из травки выметать сложнее … – А по образованию я геодезист. Вот и обслуживаю Землю. Меня покоробило, и я покраснел? От стыда … что ли? И выдавил из себя –
– Ой, простите! – Дайте я уберу за собой сам …
– Да уж, милости просим! – И подаёт мне веник, совок и бумажный пакет. – Вот сюда, в пакетик. Я вам дам и на завтра пакет … чтоб сразу … А выбросить – так через двадцать метров урна стоит для таких целей. И возвращайтесь … есть что сказать. – Я выбросил. Вернулся. Сел. И сказал – Вы меня отбрили! Но так мне и надо! – Сознаю … – Она улыбнулась и говорит –
– А я вас, в принципе знаю. Мне ваша дочь рассказывала. Книги пишите … Интересно поговорить –
– Может быть … но я не разговорчивый … писать - пишу, а что касается поболтать, то никак … язык как деревянный …
– А не хотите ли зайти к нам с мамой. Есть борщ вкусный … вологодский.
– Почему б не зайти – отвечаю – дочь варит только украинские борщи.
– Ну пошли … Только не подумайте, что я и моя мама будут иметь на вас какие-то виды. Вы от моей мамы старше на восемнадцать лет. Так что для жениха староватый … просто хочется иногда понятливых человеческих отношений. И … может быть … других мнений.
Борщ был вкусный, наваристый. Кроме борща ничего не было, но, честно говоря, ничего и не нужно. Послевкусие приятное. Я съел полторы тарелки и мне немного было не по себе, что я попросил добавки. Но не удержался! В двухкомнатной хрущёвке бедно, но чисто и аккуратно. Дома две женщины и никого больше нет. Содержать в порядке квартиру – не нужно, в таком случае больших усилий. Заговорила младшая. –
– Я читала некоторые ваши стихи и рассказы. Они впечатляют … читающую публику … на мой взгляд. Если читающей публикой считать меня лично, за других – не знаю. Взгляды разные … Но меня интересует вот какой вопрос – зачем они нужны лично вам, и что вы от них ждёте? Что вы ждёте от своего творчества?
И здесь я впервые задумался. Мне восемьдесят пять лет и писательством занимаюсь я уже лет пять, не меньше. И что я жду? Какой результат хочу получить? И тут же на ум мне пришли мои новые приятели с которыми я расстался примерно час назад. Оба сантехники. Оба чистят канализацию. Затратил час, или полтора и в трубах вновь приятно заурчало как бытовой песней. И все довольны! И им не только мерси, но и двести, а то и триста рублей в карман. – Зашёл в магазин – внукам гостинец купил. Всё как у людей! Всё, как говорят – в ажуре! Заходил я в «Стихи ру», на «Неизвестный гений» – Здесь хоть честное название. Был неизвестным, так неизвестным и останешься! Не нужны сейчас твои стишки и рассказы, как не нужны услуги моих сиюминутных приятельниц – геодезистов. Мама моей младшей знакомой тоже оказалась геодезистом! Всё на Земле давно измерено и перемерено! И если перемеряют ещё раз, то только для происходящих, или будущих конфликтов! Для споров! Для причин друг другу морды бить и солдат вооружать! А так же – народ зажрётся! Народ нужно держать в чёрном теле, чтоб не разжирел и не разложился!
Я здесь, в присутствии двух скромных женщин посмотрел на себя в новом свете и задался целью посчитать нас пишущих. И здесь же, просто на вскидку заключил, что нас очень много! Если на десять человек один писатель или поэт, то это перебор! Большой перебор! – И слава Богу, что нам за это никто деньги не платит – они сейчас нужны для совершенствования снарядов и пушек! – Они нужней! Хоть великие и не говорят нам, но держать такую необходимость в своём уме! – Нас, население, нужно прореживать, как прореживают ростки буряков в поле, чтоб вместо десяти уродов – вырос один полноценный! И мне, у этих скромных женщин, имеющих на обед один борщ – стало стыдно. Конечно, только за себя!
Почему женщины живут одни – я спрашивать не стал. Это сугубо личное. Была бы такая необходимость – они бы рассказали сами. Расставались мы приятельскими отношениями и я им обещал подарить свою книгу. Одну из … Кажется есть у моей дочери. Уже собирался уйти … в дверь квартиры постучали. Зашла соседка моих новых приятельниц.
– А я знала, что у вас гости. Я видела, Мария, как твоя Людка ведёт к себе в дом такого солидного мужчину. Думаю для себя она, или для тебя? Ждала, что кто-то из вас выйдет погулять на улицу. Нет, не выходит ни одна. Значит просто так. Значит только для беседы. И не удержалась я – тоже хочется хоть побеседовать с порядочным мужчиной. И вот осталось вино. Почти полная бутылка. Я его в руки … и к вам! Будем ли его пить, или нет – это уже другой вопрос. – И уже обращаясь ко мне. – Вы извините, может я нарушила ваши планы, так скажите!? – Мне эта женщина чем то понравилась. То ли своей непосредственностью, то ли своим привлекательным, видевшим жизнь, открытым лицом.
– Мне вы не помешали – сказал я. – А если у вас есть общие вопросы, то я сейчас ухожу – решайте их.
– Общих вопросов много. Больше не решаемых, но если вы задержитесь минут на двадцать, то может мы и расскажем что-то интересное друг другу. –
– Хорошо – говорю – мне тоже приятно. Одному, между трёх гурий. – Они заулыбались.
– К стати – меня тоже зовут Мария. Так что вы меж двух Марий. Но я ещё работаю. По той же профессии что и Людка, А образование у меня тоже высшее. В дипломе написано – Инженер экономист. Вот я для экономии, чтоб хватало на хлеб насущный и подметаю улицы. По моему самая правильная профессия! Чтоб планета наша не погрязла в нечистотах. Мы с Людкой в паре. День она – день я. Так может пропустим по двадцать грамм за выживание планеты. Потому, что только наши мозолистые руки, тем более руки женщин, без бредовых идей о войне могут спасти Мир! Дай Бог нам женщинам ещё и до власти добраться! – Получится? Как вы думаете? – Обратилась она уже лично ко мне.
– Если бы это от меня зависело – ответил я – то все бразды правления высшими государственными постами, отдал бы немедленно женщинам!
– Так вы просто бессовестный человек! – Сказала она. – Бессовестный потому, что не смогли дослужиться до шахматной перестановки на государственном уровне! Таких нужно под суд отдавать!
– Согласен! – Говорю я. Теперь давайте определимся кто из вас будет судья, кто прокурор, а кто станет на мою защиту?
– Думаю, защищать будут вас все. Три женщины и все без мужей, поэтому каждая из нас найдёт аргументы, чтобы защитить вас. Нет мы не сватаемся, тем более, что мы не знаем ваш семейный статус. – Сказала вновь пришедшая Мария. Она открыла бутылку, налила грамм двадцать, выпила и сказала –
– Каждый из вас – по желанию. Наливайте. – И продолжила. – Ну вот!.. Довели Россию! – Баб оставили без мужиков! – Они как бы и есть! Многие ходят в штанах, но с тех штанов никакого толку! – Выйди сейчас на улицу – встретишь много, но каждый второй, или уже под хмельком, или ходит с бутылкой и на ходу потягивает, или вино, или пиво! Не знаю как в других местах – но в Вологде так! Мой уже два года сидит в колонии рукавицы шьёт! – Ты что, спрашивается, анафемская твоя душа!.. не мог на воле рукавицы эти шить! – Так нет же – на воле нет работы по специальности! Ну нет специальности – меняй специальность! – Это только сказать легко! – Меняй специальность! – Её перебивает Мария – хозяйка квартиры –
– Мне так кажется – не утверждаю, что это так, но мне так кажется – идёт планомерное одурачивание нас грешных! – Чтоб задавали поменьше вопросов. – Глуши самогон – и будь довольный, а зададут вопросы те, кому положено не отвечать ни на какой вопрос … – И дальше пошло нас толковище в подобном направлении. Я так думаю, что дальше передавать кухонную беседу нет никакой надобности. На кухне с давних времён болтали, что нечистый на душу положит! Главное, чтоб эта болтовня дальше кухни никуда дальше не уходила, здесь она и переварится заодно с борщом, или супом и уйдёт вместе с пережеванной пищей куда следует. Так мы посидели до половины ночи – языки почесали … и с причёсанными языками, безразличные – ложились спать. Пусть завтра взойдёт Солнце!.. Как и вчера … и позавчера … и во веки веков ...