Зеркальный залив

Он просыпается не от будильника - от ощущения, что мир без него стал чуть менее симметричен. Первое движение не к кофе, не к окну. К отражению. Проверить: всё ли на месте? Всё ли достаточно совершенно, чтобы сегодняшний день имел право начаться?

Он не просто красив - он выверен. Каждый жест отрепетирован так долго, что уже кажется естественным. Он смеётся ровно настолько громко, чтобы его услышали, но не настолько, чтобы потерять контроль над звуком. Он умеет слушать, но только те паузы, в которые можно вставить себя.

В разговоре он не собеседник. Он - сцена. Другие лишь софиты, регулирующие яркость его монолога. Он может спросить, как у тебя дела, но ты знаешь: ответ ему не нужен. Ему нужно, чтобы ты спросил в ответ. И тогда он расскажет. О себе. О своем дне. О своем гении, который опять не оценили.

Он коллекционирует восхищение, как бабочек - на булавки. Искренность его не интересует, ему важна реакция. Ровно та, что подтверждает: да, я существую. Да, я важен. Да, без меня этот ужин, эта встреча, эта жизнь - всего лишь черновик.

Но вот что странно: он никогда не остается один. Он боится тишины. Потому что в тишине нет зрителей. А без зрителей он не знает, какую позу принять. Он теряет контуры, расплывается, становится почти никем.

Он не любит - он позволяет себя любить. Не дружит - он принимает поклонение. Не ищет смысл - он сам себя назначил смыслом.

И если заглянуть в его глаза достаточно долго, можно увидеть не глубину. Можно увидеть пустой театр, где уже сотню лет идет один и тот же спектакль. С единственным актером. Который все никак не может дождаться оваций.

Но зал пуст. И всегда был пуст.