Два ореха в баре у Судьбы-Баг в матрице рая

«Два ореха в баре у Судьбы: Баг в матрице рая»


Гравитация — строгий бухгалтер вселенной,
она сводит дебет с кредитом, не щадя скорлупу.
Но мы падаем так, что разлетаются звёзды на пену,
и мы пьём эту пену, назло всему.
Мы — баг в матрице рая, сбой в расписании приливов,
два ореха, что вдруг возомнили, будто они — целый лес.

Пусть мир катится в бездну, красиво, пафосно, фальшиво,
а мы прорастаем сквозь асфальт, сквозь этот пресс.
И если пальма сверху скажет: «Вы просто упали вниз,
вы — просто корм для крабов и удобрение для земли»,

Мы ответим, сцепившись корнями, глядя ей прямо в карниз:
«Зато мы познали вкус соли. А ты так и не ушли...
Ты так и стоишь. Одинокая. В своей вышине».
Вселенная хохочет, срывая голос на фальцет,
она думала, мы разобьёмся, испугавшись высоты.
Но мы собрали себя по осколкам, и в этом наш секрет:
быть треснувшим кокосом, из которого прорастают мосты.


Все случайности случайны, кроме лишь одной —
вот кокос растёт на пальме, а не мы с тобой.
Мы — два странных существа под небом голубым,
мечтаем о вечном лете, а живём в дыму. 
Судьба — великий комик, шутит без конца:
даёт нам крылья ангелов, а сажает в клеть сердца.

Хотим мы стать орлами — получаем воробьёв,
летим на встречу солнцу, а врезаемся в любовь. 
Ирония вселенской — как коктейль из звёзд и льда:
всё, что ценно, хрупко, а бессмертно — ерунда.
Мы ищем смысл в хаосе, роемся в тиши,
а смысл, хихикая, прячется в твоей души. 
Представь: деревья ходят, рыбы поют в хор,
а мы с тобой — два кокоса, что упали в спор.

Один кричит: «Я выше!» Другой: «Нет, я мудрей!»
А пальма сверху тихо: «Дети, вы — дуэнья дней». 
Мир крутит колесо, как цирковой клоун злой,
то золото в ладони, то дыра в кармане дырявой.
Хотели быть богами — стали мемами в сети,
лайкаем свою драму под трек «Не отпускай меня». 

Но в этой шутке горькой — красота, как в шраме:
каждый рубец — история, каждый вздох — алмаз в оправе.
Мы падаем, как кокосы, в траву сырую, тёплую,
и вдруг — о чудо! — прорастаем пальмой новой. 
Случайность — это маска, под которой танцует рок,
а мы — два дурака, что в ритм не попали в срок.

Ты бросаешь мне улыбку — я ловлю её в полёт,
и в этот миг вселенная хохочет: «Вот идиот!» 
Мощь не в том, чтоб править, а в том, чтоб упасть смеясь,
красота — не в идеале, а в изломе, в кривизне.
Пусть кокосы на пальмах, пусть мы — внизу, в пыли,
зато мы можем выбрать: быть или не быть — в любви. 

Ветер шепчет тайны, пальмы машут нам рукой,
мы — случайность в случайности, но с искрой огневой.
И если завтра рухнет небо в океан солёный,
мы споём ему серенаду, иронично и влюблённо. 
Все случайности случайны... кроме той одной,
где два кокоса встретились и стали одной пальмой.
В этом — вся поэзия, весь юмор бытия:
мы не там, где должны, но именно здесь — я и ты. 

Под луной серебряной танцуют тени пальм,
мы считаем звёзды, но путаем их с лампами.
Хотели вечность — получили миг один,
зато в нём вся вселенная, весь смех и весь блондин. 
Судьба — бармен капризный, наливает нам коктейль
из горечи и мёда, с вишенкой «не верь».
Мы пьём, морщимся, хвалим: «Боже, как прекрасно!»

А в зеркале — два клоуна в костюмах маскарадных. 
Удивительно, как мир умеет быть таким:
прекрасным до мурашек и абсурдным до слезы.
Ты — мой кокос нелепый, я — твоя пальма кривая,
вместе мы — оазис в пустыне под названием «случай». 
Мощь рождается в паденье, красота — в изъяне,
юмор — в том, что верили, а вышло всё обманом.

Но обман этот сладок, как мякоть спелых снов,
мы жуём его жадно, забывая про «почём». 
И пусть весь мир хохочет над нашей простотой —
мы ответим ему песней, громкой и простой:
«Все случайности случайны, кроме той, где я и ты
выросли на одной земле, под одним небом мечты!»