Перепрошивка

I

Всё, что пройдено, было для опыта,
Всё, что было – сплошной передоз...
Не до талого прошлое пропито,
А в отходах похмелья – склероз.

Был я в детстве, скорей всего, светленьким,
Улыбаясь, возможно, сиял.
Позже высветил: рядом лишь сплетники,
А я верил, что это – друзья!

Средь шакалов, быть может, рос лебедем,
А медведем средь жёстких детей:
Получали по полному нелюди
И ревели при маме моей.

Так валеты в колоде посыпались,
Тасовать стал со старшими масть.
За забытое сыздали стыдно ли,
Раз так в прочерк мне хочется впасть.

В этом прочерке видится школа мне
Пацаны, что батонились в ней:
Мы рамсились совсем не глаголами,
И давили куда побольней.

Повстречал там своих я по разуму –
Из семей небогатых ребят.
Разували блатных не по разу мы,
За базар было били в набат.

Так братва укрепляла позиции,
Перешагивая за порог.
Выясняли на ощупь амбиции –
Где же главная слабость дорог?!

Оказалось, под курткою кожаной,
За стеною из рёберных пальм
Приспособился остров ухоженный –
А на нём хорошится хрусталь.

Можно выстоять в грохоте выстрела,
Обмануть неизбежную смерть,
Но понятно, где прячется истина:
Сердцу проще всего прогореть.

Эй, небитые жалкие выкрички,
Лучше с сердцем в тиши у чернил!
Вожделел все предметы я выучить,
А в итоге лишь жизнь изучил.

Я горжусь психотравмами детскими,
А точнее их попросту нет.
Значит нечем гордиться простецки мне,
Исключение – авторитет.

Не понятия строили судьбицу,
А мотор заводил мне мораль:
Что не сделано, видимо, сбудется,
А что сделано – вовсе не жаль.

II

Я забыл имена и фамилии,
И не вспомнить былых мелочей...
Может быть, было время в идилии –
Под присмотром дежурных врачей.

Амнезия не любит подробностей –
Перебор отчебученных дат...
Психопатил всегда в беззаботности,
Вместо разума – планетопад.

Встали воспоминания в очередь
Перечёсывать психики плешь.
Дорогие, идите, как хочете,
Но оставьте в покое рубеж.

Ностальгия... А многое помнится!
Вот, допустим, бессонница-ночь...
Выкобенивалась беззаконица,
А я знал как подпольно помочь.

Не имею я дел с тупорылыми,
Ведь иное из жизни извлёк:
В результате разборок убили мы
Ошалительный в скуке денёк.

Мы воспитаны! Не беспределили,
Кайфовали зато мастерски...
Умерщвлял свою душу неделями,
Щекотал я безжизнью мозги.

В постоянных дебошах задира я?
От кончин забулдыга привит!
Я хотел себя реанимировать,
Оказавшись по темя в крови.

Со спины лишь ударов количества,
Обернуться назад – не фига,
Ибо взвидется дар мне от Пи числа,
Чтобы сделать из друга врага.

Так избавился от попрошаек я,
Непутёвых подальше послал.
Получалась живая мозаика
Из кусочков кровавых зеркал.

Отражение в них незнакомого –
Тот, что выдумал, видимо, всё.
Человек не имеющий нового –
Параноик, бахвал, фантазёр.

Каматозный забыл своё мнение,
Подсознания свет потушив.
В темноте моё сердцебиение
Намекало, что всё ещё жив.

Осознал я вину сумасшествия –
Опустела открытая грудь.
Перерезанный, спасся от жести я,
Оборвав невменяемый путь.

III

Начал чухаться напропалую я...
Сожаления – на посошок!
Коль быть точным, на всё аллилуйя –
Значит время ещё не пришло.

Раз кажусь перед всеми улыбистым,
То какой там во мне радикал?!
Ничего психиатр не выписал,
Я бы двоечку вслед прописал.

В пятерню взял себя подытоженный,
Агрессивное сердце – в сундук.
От бытья добиваться чего же мне?
Что изволит отец и супруг?

А мне хочется клятого ключика,
Отворить чтоб безбашный мотор.
Лишь представьте, с пульсацией глючит как,
Как дербанится в теле прибор.

Ограниченный доступ до органа,
Но для лома сей сейфик – портфель.
Разбиваю шкатулку издёрганно,
И глотаю сакральную цель.

Только с сердцем воистину искренне
Можно быть настоящим, собой,
А на деле я начал разбрызгивать
Бесшабашность своей головой...

Я ору через горло охрипшее,
Разрываюсь от слёзных тошнот.
Ай да сердце, мой разум отшибшее,
Отсечёт нас сейчас эшафот.

Моё тело берёт мою бошечку –
Я смотрю на фонтанный отруб...
Ну побудь ты со мной, хоть немножечко,
Уронил мою голову труп.

Отколбашенный падал, как падаль я
На пол плюхался, ввопль крича.
Я теряю тебя до безглавия,
Палачиха – жена палача.

Моя глыба для пыток безвизова,
Скачет в ыжлости туши кусок.
Руки тянутся сердце облизывать,
А в том месте из лезвий комок.

Ржу, как конченый до безобразия,
Без стыда и без боли мой пляс:
То ли падаю в темень безглазием,
То ли рот зашивает сотряс...

Лужу слюн и соплей прячу в стоне я,
До чего же мой сип одинок...
Уничтожила личность агония,
Не зовите никак... Я – никто.

Раздолбательная экзистенция –
В небытье распростёртый удел.
Меня нет. Без души и без сердца я.
Пустота лишь... И черный пробел.

IV

Всё, что пройдено, выглядит дёшево,
Но как дорого именно мне,
Человек, не имеющий прошлого,
В чисточувственности онемел.

Колошматился перебабахано
Мой повешенный нерв на дому.
Всё, что было не выдам монаху я –
Правду лучше не знать никому...

Только истину вы не исправите,
Да и в целом, вокруг всё не то:
— О, какими судьбами! Ну, здравствуйте!
Чуть не ляпнул: простите, Вы кто?

— А ты помнишь вот то и вот это там!
— Таки да! — про себя: «О чём речь?!»
Я живу замечательным методом,
Голова чтоб не падала с плеч.

В моей памяти из конфетти провал,
Лучше так, чем кровавый фонтан!
Всё в себе перетерапевтировал
Я из шрамистых вех хулиган.

Так что мимо, идите хорошие,
В амнезии сошёл я с ума.
Возвращаться на плаху не гоже, и
Я и так перешитый в умат.

Моё сердце являлось гранатою,
Мне словами сорвали чеку,
Я взорвался, но больше не падаю,
Смертной казни своей не хочу.

Белым шумом наполненный замертво,
Я опомнился, кто я таков..
Я одумался в личных параметрах,
И настройки исправить готов.

Лишь взгляните: обладить всё хочет как,
И уже не тревожит резня!
«Обними же скорей, моя доченька!» —
Пробегает та насквозь меня...

Что за лёд холодит самочувствие?!
Я же сжился с сердечком моим!
Ощущается пульса отсутствие
И весь мир стал безумно чужим...

Я ж женился, по-моему, заново
Заглушите мигающий свет!
Ну откройте, пожалуйста, занавес –
Норовлю надышаться в стезе.

Это всё декорации?! Надо ж как!
Мой театр абсурда – допрос.
«Где же сердце, наш солнечный лапушка?!» —
Вся семья истерит под откос.

Рядом и доктора с препаратами
Изучают следы от рубцов.
Ну, оставьте в покое! Не надо, не!
В звезданутости, правда, здоров!

Всё что было, я помню до крошечки,
Расходитесь, ребятки, аншлаг!
Не терял при разводе я бошечки,
И агрессия с прошлым ушла.

Да и сердце поэта я выдумал –
Нет и не было! Да развяжи!..
Вот читаю диагнозы с выводом:
Пациент, значит, перепрошит?!

Не опасен для общества?! Нравится
Мне весьма безрассудная весть!
Я ж нормальный в беспамятной матрице –
Только с сердцем таков, какой есть...

И по опыту, мне – всё по хоботу...
Стёр из памяти то, что «долой».
Дребедень не намерен расхлёбывать –
Я в завязке с ненужной инфой.

Мир – дурдом наивысшего качества,
Где являться собой – кавардак,
Где для каждого психа достаточно,
Чтобы также поехал колпак.
2026.06.26