Я трогал каждую

Я трогал каждую ступень,
стихи рассыпал по крупицам,
а сам сокрылся, словно тень,
ронял листы, где Слово длится.

Там леди – в блёстках – ждёт венца.
Здесь проходили торг и ломка
обрядом жениха–юнца,
он становился мужем громко.

Лежит бумага — как крыло,
и ветер зол, не знает меры,
края колышет, и тепло
стремится к верху атмосферы.

Как много блёсток и цветов,
так много праздничной одежды.
Невеста — здесь, жених — готов,
чуть-чуть — и сбудутся надежды.

Прошёл обряд, погас во тьме,
но не нарушил вечных правил.
Листы, как деньги, — на уме.
Их праздник жизни здесь оставил.

Пусть грязный путь молчит, как ложь,
но марш ступеней – со следами –
кричит о правде, не пропьёшь
 её на свадьбе за столами.

Кто наследил, тот шёл путём
за женихом, к невесте тоже.
Но здесь не буду я о нём…
Писать о нём — себе дороже.

Там праздник, гости, тамада.
Следы бумажного скандала.
Вздымалась лестница туда,
куда и свадьба вверх бежала.

Там хохот, шелест, звон монет,
и все хотят процесс ускорить.
А здесь, внизу, мерцает свет,
в пустом и грязном  коридоре.

В крови — стихи, весь марш — в ступнях,
весьма заляпанные стены.
На славу праздник был на днях.
Ни чистоты, ни гигиены…

И кто-то скажет: «Уберём»,
но лестница — не в небо, в душу
уходит – следом и листом –
жене и новенькому мужу.