Моим далёким близким

Плакучей ивы нежные ресницы,

В жару ставка прохладная вода...

Мне детство в конопушках стало сниться,

А разве было это всё? Когда?

Там белая хустыночка бабуси

Мелькает среди буйных лопухов,

Идут степенно друг за другом гуси

С осанкой приснопамятных панов.

На посвист невидимки-атамана

Заржали жеребята на лугу,

А ветер с острым запахом тимьяна

Шмеля тяжёлого с цветка спугнул.

И благовест на сельской колокольне

Напомнил, что у Бога смерти нет,

И повторил, что для души довольно

Уже того, что солнце дарит свет...


Но свет померк и тьма вороньим граем

Над пепелищем медленно парит,

Земля, что выглядела прежде раем,

Потерянно во времени лежит.

А вор, что взял истории поводья,

Собрав по миру непотребный сброд,

Срамною девкой сделал при народе

Родную Нэньку. Опозорил род.

Иуды дел наследник вороватый,

Напялив вышиванку, сжав кулак

Со сребренниками, как и дед когда-то,

Распродал эту землю за пятак,

С людьми, потерянными в мороке обмана,

Плясавшими, как бесы, у костра...

Они прозреют - поздно или рано

На поле выжженном. И будет боль остра,

Иглой кощея совесть возродится,

И будут строить хату и садок...


Я это знаю.

           Мне так часто снится

Тыхэнькый вечер,

                гуси

                и ставок...