Тургенев возвращается домой. Монахиня

Проснулась утром и поняла, как писать драму о Марии Толстой и Тургеневе.
И все благодаря удивительной Лизе Котт. Ее иллюстрации сами по себе поэма, но они еще помогают писать даже в адскую июньскую жару

Тургенев возвращается домой,
Он видит мир, оставленный когда-то,
И в женщине усталой и чужой
Он видит боль, отчаянье, расплату
Монахиня, графиня, тишина,
Кто был с ней рядом, как она любила.
Но где та нежность, прелесть и весна,
Остались за спиной одни могилы.

Они еще у дома постоят,
Вдохнут усадьбы старой ароматы,
И ей пора в тот монастырь, назад,
Ему в Париж, скорее, как когда-то.
Но Спасское останется вдали,
Тем островом отчаянной надежды,
Где все всегда твердило о любви,
И не забылись белые одежды.

А был ли дом? Отца немая боль,
И матушки безбрежные печали.
- О, Ванечка, очнись, да что с тобой?
И здесь тебя монахиня встречает.
Она тебе простила все грехи,
И продолжает за тебя молиться.
А он твердит устало: - Отпусти,
И ничего меж нами не случится.

И где-то за чертою граф Толстой,
И гнев его страшнее всех напастей,
Она ж твердит отчаянно: - Постой,
Да, он был прав, нет в мире нашем счастья.
Но есть еще надежда и покой,
И он с тобой нам навсегда обещан.
Вот как в Париж уехать от такой?
Но он бежит от Спасского и женщин.