Да, мы можем разбиться о реальность

В сердце бурь, где броня ржавеет от слёз
Сохрани в себе потаённый уголок
Для безумных прыжков с обрыва в небо,
Где ветер поёт не слова — а полёт,
Где сердце, сорвавшись, становится эхом. 

Мы все — побитые странники в латах из льда,
С утра надеваем на душу сталь и свинец,
Чтоб не разбить её о взгляды, о ложь, о года,
Чтоб в собственном доме не стать самому же беглецом.

Броня тяжела. Она греет. Она душит.
Под ней — живое, дрожащее, детское «почему?».
Оно помнит, как пахнет рассвет после ливня,
Как губы без слов говорят громче грома. 

Где отдохнуть душе от железа и ран?
В настоящем. В горячем. В безумном. В сейчас.
Когда руки твои, ещё пахнущие страхом,
Касаются кожи другого — и мир замирает в огне.
Не в воспоминаниях, где всё уже мёртво и гладко,

Не в будущем, где мы опять надеваем доспехи.
Люби здесь. Люби яростно. Люби, как в последний раз,
Будто завтра вселенная сложит крылья и ляжет в траву. 
Представь: ты снимаешь броню у порога любви.
Сначала — перчатки, в которых прятал тепло.

Потом — нагрудник, где сердце стучало в тюрьме.
Шлем — последний. И вот ты стоишь обнажённый,
Как дерево после грозы, дрожащий, мокрый, живой.
Ветер входит в тебя, как первый поцелуй мира.
Больно. Прекрасно. Неотвратимо. 

Каждый из нас знает тайну, которую прячет ребёнок:
Мир создан для касаний. Для безумных поступков.
Для того, чтобы бежать по крышам под лунным дождём,
Кричать в пустоту «я здесь!» и слышать
ответ в биении чужого сердца.
Мы забыли. Мы устали. Мы выстроили
крепости из «никогда больше».

Но внутри каждого — маленький бог,
всё ещё верящий в чудо.
Разбуди его. Поцелуем. Безумием.
Тишиною. 
Пусть боль будет мостом, а не стеной.
Пусть одиночество учит, а не хоронит.
Когда в следующий раз захочешь закрыться —
Вспомни: броня спасает от ран, но крадёт полёт.

Сними её. Хотя бы на миг. Хотя бы для одного человека.
И ты увидишь, как небо склоняется ближе,
Как звёзды спускаются, чтобы потанцевать на твоей коже,
Как мир, который казался серым и мёртвым,
Вдруг расцветает всеми цветами первого дня Творения. 
Мы — побитые, но не сломанные.
Мы — в латах, но способны на наготу души.
Люби в настоящем.

Прыгай без парашюта в глаза другого.
Сохрани в себе место для сумасшедших поступков —
Там, где страх превращается в крылья,
Где «я боюсь» становится «я лечу»,
Где каждый шрам светится, как золотая трещина в вазе,

Через которую наконец-то входит свет. 
И когда-нибудь, на краю очередного обрыва,
Ты улыбнёшься и скажешь тихо:
«Я готов».
И прыгнешь.
И мир прыгнет вместе с тобой.