Память металла

Номинант Международной литературной премии имени Иосифа Бродского, организованной Гильдией писателей России.

Блестит натёртый свежий пол,
Царит в музее тишина.
Застыл тяжелый ореол,
Чья память болью крещена.

Стоит громада, спит металл,
Чужой средь мраморных колонн.
Он слишком многое узнал,
Собой спасая батальон.

Экскурсовод чеканит шаг,
Слова заучены, пусты.
А на броне зияет знак —
След перебитой высоты.

Мальчишка смотрит на броню,
Один в звенящей тишине.
Не веря солнцу и огню,
Он видит правду о войне.

Шагнул он ближе. Свет в глазах.
Охранник смотрит за окно.
В душе невольно вьется страх,
Но так задумано давно.

Мальчишка тянется рукой,
Касаясь пальцами рубца.
И вдруг теряет свой покой,
Меняя линии лица.

Под пальцем — рваные края,
Холодный, выжженный металл.
И вдруг, дыханье затая,
Он стон неслышный распознал.

Музейный гул исчез как дым,
Растаял гладкий белый зал.
Мир стал безжалостным, слепым,
И танк внезапно задрожал.

В лицо ударил едкий газ,
Смешались копоть, гарь и кровь.
И мир, как будто в первый раз,
В огне рождается здесь вновь.

Ревет надсадно дизель-зверь,
Ломая траками сосну,
Врываясь в огненную дверь,
В свою бессмертную войну.

Металл ведет священный бой,
Металл как будто на пределе.
Над почерневшею землей
Дрожат обугленные ели.

Пацан не зритель средь огня,
Он словно кованная сталь.
Дрожит пробитая броня,
И дымом застилает даль.

Земля дрожит, земля гудит,
Снаряды вспахивают грязь.
Навстречу вражеский летит,
Смертельным пламенем смеясь.

Машина движется вперед,
Сминая вражеский редут.
Наводчик цель свою берет,
Секунды вечностью текут.

Внезапно — вспышка! Дикий гул!
Огонь вгрызается в металл.
Снаряд по башне полоснул,
И мир на части разорвал.

Металл стонал, металл терпел,
Своим нутром спасая тех,
Кто в этом пекле уцелел,
Кто верил в яростный успех.

Огонь лизал стальной хребет,
Кромсая гусеничный ряд.
Но танк держал простой обет —
Не отступать сейчас назад.

Удар! И рваная дыра,
Металл расплавлен и пробит.
Пришла жестокая пора,
Но танк израненный стоит.

Из ран зияет чернота,
Контужен взрывом командир.
Но не сдается высота,
И кровью куплен этот мир.

Бой отгремел. Осел свинец.
Лишь ветер носит черный прах.
Утихнул пламенный венец,
И замер гул в глухих полях.

Машина стынет в тишине,
Вбирая в память этот ад.
В своей железной глубине
Храня невидимых солдат.

Теперь он вечный часовой,
Хранитель правды и тоски.
Он помнит тот последний бой
И смерти жесткие тиски.

Металл запомнил навсегда
Дыханье павших здесь солдат.
Их не вернули нам года,
Но их глаза сквозь тьму горят.

Рука скользнула по броне,
В глаза ударил белый свет.
Он снова в мирной тишине,
Войны в музее больше нет.

Блестит натёртый свежий пол,
И люди ходят не спеша.
Но он границу перешел,
И переплавилась душа.

Он дышит так, как будто сам
Горел в пробитой башне той.
Не веря собственным глазам,
Он стал на миг совсем седой.

Музейный шум стучит в висок,
И гулко бьется в венах кровь.
Он вынес жизненный урок,
Рождаясь в этом мире вновь.

Он смотрит снова на металл,
На шрамы гордые его.
Он слишком многое познал,
Секрет бессмертья самого.

Он видит мужество и сталь,
Он видит дедов и отцов.
Чья непроглядная печаль
Живет средь танковых рубцов.

Уходит парень в светлый зал,
Уносит в сердце тяжкий груз.
Он слишком многое познал,
Постигнув памяти союз.

Пока живут такие дни,
Пока металл хранит тепло,
Мы в этом мире не одни,
И время память не сожгло.

Окончен путь. Металл застыл.
Он спит, но память не отнять.
Отдав в бою остаток сил,
Он дал нам право устоять.