Представь, ты идешь по центральной улице...

Представь: Ты идешь по центральной улице,
И вдруг встречаешь в модном прикиде волка,
Пожимающего лапу твою ухоженной пятерней.
То есть – наоборот. Подъехавший таксист, разглядев, зажмурится
И, в пол вдавив педаль, подумает – с этой хернёй
Пора завязывать... Тормознёт, подравняет челку
Желто-стального коня, принимая его за лошадь,
Которую холил в афганской своей деревушке,
Почти как жену. Но пришли времена другие.
Он сбежал и пашет другое поле – площадь,
Где океют и хауают. Их большие
Тела, чемоданы, и в шортиках детских старушки
Ему привычней, чем мирное рукопожатье
Кенгуру – хотя и в цивильном платье.

Шовинизм в экстриме – человеческой мягкой кожи –
По отношению к шерсти, панцирю, хорде.
К существам без паспорта, без счёта в банке,
Без банки пива, без неделю не бритой рожи.
И волк, ожидающий на полустанке
Возлюбленную – это так слишком, что хочется дать по морде
Борзописцу. Это ж не «Люди в чёрном», а  – Египет, варвары, Ля Скала.
Вставай над землей хоть семь, хоть девять зеленых Марсов –
Видишь один и красный, как подсолнухи в известной картине.
- Хочу в Австралию ! – ты за завтраком мне сказала -
Кенгуру запрыгали, как косточки в апельсине,
Поднялся переполох среди снежных тибетских барсов.

Стали все чистить уши, шёрстки, зубы, накладывать мази.
Встречайте! Встречайте! К нам едут важные гости!
И только гиены скрутили хвосты в экстазе,
Предвкушая хруст человеческой кости.

galkin-brusilov.weebly.com