Ты со мной, и больше ничего не надо

Я не помню, как начался этот свет.
Помню только, что ты — это не ответ,
А больше: вопрос, что забыл, как звучать,
Потому что решил просто тихо молчать

И смотреть, как ты дышишь во сне, не спеша,
Как ложится ладонь на плечо, чуть дрожа.
Ты со мной — и ничто не имеет цены,
Кроме этой продлённой, как вечность, струны.

Я когда-то искал в горизонтах предел,
Но в твоих волосах все границы сгорели,
И теперь я — это я, твой внутренний свет,
Тот, что встанет с тобой, улыбнётся в ответ.

За окошком — дожди, за окошком — века,
Но твоя тишина так легка и глубока,
Что я верю: не надо нам прочих миров,
Я — твой дом из самых нежных стихов.

Ты со мной — это значит: закончился бой,
И оружие сложено, и мы — вдвоём.
Не герои эпох, не пленённые сны,
А две тонкие ветки одной тишины.

Я смотрю, как ты гладишь уставший подоконник,
И мне кажется, что сам Бог вдохнул в это жизнь,
Потому что создать эту явь между строк
Смог бы только влюблённый, безумный поэт.

Я пишу это, пальцами храня твой след,
Как слепой, что увидел настоящий свет.
И скажу без всяких высоких речей:
Ты — единственная правда всех моих ночей.

Ничего не прошу. Ничего не держу.
Только голову тихо к груди приложу
И услышу, как мир перестал быть чужим.
Ты со мной. И ничто не помешает нам вместе побыть.

————————————————

I don’t recall how this light first began to glow, 
Only that you’re not an answer — you’re a question I let go. 
A question that forgot how to find its voice, 
Because I chose the quiet, chose to just rejoice 
In watching you breathe in sleep, so calm and slow, 
In feeling your palm rest on my shoulder, trembling just a little — and know 
That with you beside me, nothing holds a price, 
Save for this single note that stretches into paradise.

Once I chased the edge of every distant horizon, 
But in the strands of your hair, all borders burned to ashes, gone. 
Now I’m not apart from you — I’m the light that lives inside your soul, 
The one that will rise with you and smile, and make the darkness whole. 

Outside the window, rains fall in quiet streams, 
Outside, whole ages pass, but your silence gleams —  
So light, so deep, it fills the empty space, 
And I swear we don’t need any other worlds, any other grace. 
I am the home you built from the softest words you spoke, 
From the verses you carried, hidden, in your coat.

You being here means the war has finally ceased, 
Our weapons laid aside, our restless hearts released. 
We’re not heroes carved in stone for future tales, 
Not prisoners of dreams that fade behind closed veils —  
Just two thin branches growing from the same quiet tree, 
Entwined in stillness, where no sound needs to be. 

I watch you stroke the weary windowsill with such calm grace, 
And it seems the very breath of God gave life to this place, 
For only a heart gone mad with love could ever dare 
To craft this living truth between the lines we share.

I write these words while my fingers still remember your touch, 
Like a blind man who, for once, has seen the sun too much. 
And I’ll say it plainly, with no grand design, 
You are the only truth of every night that’s been mine.

I ask for nothing. I hold on to nothing now. 
Just lay my head against your chest, right here, somehow, 
And hear the world become a place I know, 
Because you’re with me — and that’s enough, I’ll go 
No further, need no more: to simply be, just us, 
Is all the quiet wonder that my soul can trust.