Я получил по роже...

За чтоб ни взялся я – всегда обманка,
Фиаско, крах, падение, просчёт.
Всё нА голову с ног и наизнанку,
И шиворот-навыворот ещё.
Вот как найти на выставке причину
Взаимно мозг сглодать и выпить кровь?
«Смотри, какая чудная картина,
Возвышенная чистая любовь!
Коленопреклонённый юный воин
Пред царственной возлюбленной своей
Воистину быть рыцарем достоин,
Чтоб жизнь свою отдать служенью Ей.
Взгляни, на королеву смотрит челядь,
Что речи посвященья говорит…»
А мне воткнули ржавый гвоздь под череп,
И этот гвоздь зудит, зудит, зудит.
Ну не спеши, ну промолчи, попробуй!
Нет, рот открыл: «Не кажется ли вам –
У этой восхитительной особы
Любовь неоднозначная весьма?
Люблю тебя, мой друг, душой и сердцем,
Твой образ как икону берегу,
Но распрощаться с троном королевства
И пищей королевской не могу.
И цепи королевского наряда
Нести до смертных дней придётся мне
Лишь потому, что это людям надо,
Моей столице и моей стране.
Ты сердца королевского избранник,
Запомни – я на век тебя люблю,
Иди и защищай на поле брани
Единственную женщину свою.
Но знай, что если ты хотя бы взглядом
Какой-нибудь другой окажешь честь,
Я накормлю тебя крысиным ядом,
Велев распять, а может даже шесть.
И наш герой, иллюзией гонимый,
Шагает в бой под стягом короля,
Чтоб шанс объятий с женщиной любимой
Свести до абсолютного нуля?
Прости, что я смиреньем не отмечен
И не приемлю рыцарства броню,
Я отклоню и голову, и плечи, 
Да и колена просто не склоню,
Я не пойду на поле брани первым,
Не постучу в дубовый брус ворот,
Я не играю в дам и кавалеров,
Ты – не Гвиневра, я – не Ланселот.
А пафосом надутые вельможи…»
Тут у меня пошла из носа кровь,
Я крепко получил по наглой роже
За недооценённую любовь.