Ода Память...

О ты, что в горние пределы
Свой дух бессмертный устремил!
Твои дела и взоры смелы
Нам свет в подлунной сохранил.
Хоть прах сокрыт в земле холодной,
Но образ жив в душе свободной.

Прошли года, как тени в поле,
Как быстрый ток речных валов.
Но сын в своей сыновней доле
Слыхать желает твой лишь зов.
Тоска, как туча, набегает,
И сердце нежностью сжимает.

Где ты, о старец величавый?
Чей глас был мудростью рождён.
Не ради блеска или славы —
Ты был любовью окружён.
Теперь в чертогах вечной тени
Ты ждёшь молитв и приношений.

О смерть! Ты всё косой срезаешь,
И кедр, и малую траву.
Ты очи сном навек смыкаешь,
Но не подвластна божеству —
Тому, что в памяти хранится
И в добрых помыслах лучится.

Сын плачет — то не слабость духа,
То дань великой чистоте.
Не достигает взора, слуха
Твой шёпот в горней высоте.
Но в каждом жесте, в каждом слове
Он верен дедовской основе.

Как часто в сумерках глубоких,
Когда луна свой льёт елей,
Из стран неведомых, далёких
Ты грезишься среди ветвей.
И кажется — рука родная
Ведёт его, оберегая.

Ты был оплот, ты был защитой,
Скалой средь бурных, мутных вод.
Теперь дорогою открытой
Твой сын свершает свой поход.
Но помнит он твои уроки
И жизни праведной истоки.

О время! Жадно ты глотаешь
Деянья смертных и чины.
Но разве ты любовь сломаешь?
Мы ей навек обручены.
Она — алмаз в короне мира,
О ней поёт сегодня лира.

Пускай умолкли разговоры
И опустел заветный дом.
Но устремляет сын свой взоры
Туда, где в блеске золотом
Душа твоя, как феникс ясный,
Парит над бездною бесстрастно.

Не умер тот, кто в детях вечен,
Кто честно путь свой совершил.
Хоть век людской и скоротечен,
Ты много света подарил.
И скорбь — она светла отныне,
Как ключ, бегущий по пустыне.

О тень отца! Будь благосклонна
К печали искренней его.
Из вечного, немого лона
Не требуй больше ничего,
Лишь капли слёз, что как кадило,
Окурят тихую могилу.

Мы все — лишь гости в этом мире,
На пир призвал нас Бог благой.
Но в этой жизненной сатире
Ты сохранил души покой.
И сын, твой образ вспоминая,
Идёт вперёд, не унывая.

Величье духа — не в порфире,
Не в громких криках на суде.
А в том, чтоб в этом бренном мире
Помочь товарищу в беде.
Таким ты был — простым и твёрдым,
Пред роком — тихим, но не гордым.

Спи, милый прах, под сенью клёнов,
Под пенье птиц и шум дождей.
Среди небесных миллионов
Ты стал звездою для людей.
Для одного лишь — самой яркой,
Любовью греющей и жаркой.

Пусть скорбь утихнет, став прозрачной,
Как утренний на роще дым.
В судьбе, порой пустой и мрачной,
Ты светом дорожишь одним:
Тем добрым именем, что честно
Отец пронёс по жизни спешно.

Жизнь скоротечна. Но чувство
Не знает рамок и границ.
В том высшее моё искусство —
Склониться пред тобою ниц.
Живи в сердцах, сияй в веках,
С улыбкой доброй на устах.