Мир жизни. я земля. творец

По мотивам цикла картин Натали Романовской-Цыцак
Двенадцать Зодиаков — двенадцать лиц
Великой тайны Человека.
Написаны художником с любовью,
Как отраженье вечного пути.
Четыре Стихии — Огонь, Воздух, Земля, Вода —
Вращают колесо судьбы планеты.
Даруют силу, вдохновение и страсть,
Ведут живое к поиску себя.
И каждый Зодиак неповторим.
Имеет нрав, призвание и голос.
Своё мировидение несёт
Сквозь лабиринты времени и жизни.
Стремится каждый превзойти себя,
Подняться выше собственной природы,
Стать мудрым, сильным, светлым существом,
Подобием Творца в земном обличье.
И многим удаётся покорить
Одну из четырёх великих Стихий.
Стать лидером, властителем её,
Оставив след в истории Земли.
Но стать Творцом не удаётся никому.
И возникает древний вопрос: почему?
Причина скрыта в гордости людской.
В стремлении поставить «Я» над Миром.
Не научившись созидать совместно,
Человек разрушает то, что создал.
И потому за войною идёт война,
За разделением приходит новое разделение.
Пока не будет найден путь согласия
Между Творцом, природой и людьми.
Сумеет ли Человечество понять,
Что сила не в господстве, а в единстве?
Что путь к величию лежит через любовь,
А не через соперничество и страх?
Об этом говорит и повествует
Культура Пат-Модернизма —
Культура равных творцов,
Где диалог сильнее борьбы,
А созидание выше власти.
Князь-Цыцак
Из философского цикла «Мир Жизни. Я — Земля. Творец»
 ГРУСТЬ ДОЖДЯ
Печально музыка звучала
На всех каналах бытия.
Душа печалиться устала
От бед, пришедших в мир не зря.
И грусть звучит из серой дали,
Из перезвонов и дождя.
На сердце камень прежней связи
И боль от ожидания тебя.
Гремит каскадом гром ершисто,
Разряды молний надо мной.
Я сам огонь подобных вспышек,
Не раз встречался с их судьбой.
Живу, как демон в мире песен,
Печаль на мне давно сидит.
И всё же мрак мне слишком тесен —
Кровь тянет к свету хоть на миг.
 Небольшое размышление
Дождь в этом стихотворении — не только природное явление. Он становится голосом памяти. Гром напоминает о внутренней силе, а молния — о вспышках сознания. Лирический герой признаёт свою близость к тьме, но не принадлежит ей. Именно поэтому финал звучит как тихая молитва: даже измученная душа продолжает искать свет.
Из цикла «Молитвы зрелого духа»
Князь-Цыцак.