Блюз далёкой сосиски

Где-то далеко сосиска плачет в масле — я знаю…
О-о-о, где-то далеко сосиска плачет в масле — я знаю…
Но это не моя сковородка, и я почти умираю.

Где-то далеко плачет, рыдает сосиска в масле…

Запах жареной курицы рвёт мне грудь из прошлого…
Этот запах, Господи, рвёт мне грудь из самого прошлого…
Там был дом, был стол, пахло хлебом и чем-то хорошим.

Где-то далеко плачет, рыдает сосиска в масле…

В моей тарелке трещины и лунный свет…
В моей тарелке только трещины, о-о-о, и лунный свет…
Я ищу там хоть крошку — но там даже тени нет.

Где-то далеко плачет, рыдает сосиска в масле…

Я пытался жарить ботинок — но плита не гори-и-ит…
Я пытался жарить ботинок — но плита моя не горит…
Я звонил в пустую кастрюлю, и она звенит… как крик.

За окном сосед режет хлеб, и нож его резок и прост…
За окном сосед режет хлеб — его нож так резок и прост…
А мой ломоть зачерствел давно и рассыпался в горсть.

Где-то далеко плачет, рыдает сосиска в масле…

Я сижу на полу и грызу лавровый лист…
Да, я сижу на полу и грызу лавровый лист…
Он острый как бритва. И сухой, как совесть на бис.

Где-то далеко плачет, рыдает сосиска в масле…

Сухой, как память… И чист…
Лавровый лист…
Где-то далеко плачет сосиска…
Сосиска плачет навзрыд...