Баллада о сапёре Сычёве

В степях тюменских рос мальчишка,
Мечтал о подвигах в тиши.
Но враг пришёл, и стала книжка
Ненужной для его души.

В шестнадцать лет — одно желанье:
Скорей на фронт, в огонь и дым,
Чтоб за народные страданья
Отмстить захватчикам лихим.

И вот сорок третий. Сапёрная рота.
В руках его мина, в глазах его сталь.
Тяжёлая, честная это работа —
Смерть находить, устремляясь во вдаль.

Два раза был ранен, но снова в строю,
Где танки гудят и пылает рассвет.
Он верил в удачу и правду свою,
В свои восемнадцать неполных лет.

О, смелость солдата и разум живой!
Когда отступать уж нельзя.
Один против танков, один как герой,
Где смертью покрыта земля.

Февраль сорок пятого. Снег и мороз.
В тылу показался незваный «Фердинанд».
У наших нет топлива, ветер принёс
Угрозу для танков и гибель команд.

Пять «тридцатьчетвёрок» застыли в поле,
Снарядов в укладках почти что нет.
И кажется, нет уже больше воли,
Чтоб встретить грядущий победный рассвет.

Но вышел Сычёв. В руках его мина.
Навстречу «Пантере» шагнул он один.
Секунда — и взрыв! И застыла махина,
Немецкий замолк среди поля господин.

Автомат застрочил по врагам из засады,
Но хитрость иная вскипела в груди:
Вскочил он в их танк, не прося награды,
И башню рванул — берегись, впереди!

Из вражьей пушки по вражьим целям!
Самоходка в огне, и другая горит.
Он бил по крестам, по чужим шинелям,
Пока не закончен был этот визит.

Смутились враги, побежали в испуге,
Увидев, как танк их стреляет по ним.
А наши спешат по холодной округе,
К герою, что в битве остался живым.

Золотая Звезда на груди Александра сияла,
За пять спасённых в бою машин.
История эта легендою стала
Про то, как сражался русский сын.

24.06.2026
Татьяна Ярош-Агапитова