Цикады

Хроники одной сказки, или как биология убила романтику.

Акт I: Вдохновение и розовые лепестки.
Вечер. Торшер, уютный плед, состояние абсолютного блага. Поэтесса садится за компьютер. В голове рождается нежнейший сказочный образ: Принцесса-цикада, которая сидит на волшебном цветке в короне и поёт хрустальным голоском песню, от которой распускаются бутоны. Поэтесса уже заносит пальцы над клавиатурой, чтобы написать первую строфу, но тут просыпается внутренний душнила: «А как именно она поёт? Надо загуглить строение горла цикады, чтобы метафора была точной!»

Акт II: Удар под дых от Википедии.
Поэтесса открывает вкладку. Поэтесса читает. Глаза поэтессы округляются.
Оказывается, самки цикад немы, как рыбы. Вся эта оглушительная романтика южных ночей - дело рук (точнее, пузиков) самцов. И они не поют ртом! Они яростно сокращают мышцы живота, заставляя греметь специальные мембраны.
«То есть моя принцесса - немая, а поёт мужик, играя на собственном пузе, как на стиральной доске?!» - в ужасе думает Поэтесса. Розовые лепестки осыпаются.

Акт III: Принц вместо принцессы и надежда на лучшее.
Искусство требует гибкости. Поэтесса выдыхает, стирает слово «Принцесса» и пишет «Принц».
ОК, пусть это будет рыцарь! Трубадур с хитиновой лютней! Он сидит на цветке и вибрирует всем телом во имя любви, чтобы пробудить спящую красавицу. Очень по-мужски, очень драматично. Поэтесса снова воодушевлена и лезет читать дальше, чтобы узнать, как красиво описать их брачный танец.

Акт IV: Клуб анонимных бабников.
«Так, и что они делают, когда самка прилетает на звук его пуза?» - гуглит Поэтесса.
Биология наносит фаталити: после того, как «всё случилось», никакой любви до гроба нет. Самка ползёт откладывать яйца в какую-то кору, а Принц... Принц летит в ближайшие кусты к пацанам! Они собираются в гигантский мужской хор и продолжают орать вместе, соревнуясь, кто громче.
Поэтесса с отвращением захлопывает вкладку. «Да это же просто поход в гаражи после свидания!»

Акт V: Жажда мести.
Романтика мертва. В поэтессе просыпается мститель. Раз этот принц такой понторез, сказка будет мрачной!
Новый сюжет: Принц выпендривается, гремит пузом громче всех, собирает гарем, теряет бдительность от собственной крутизны... и прилипает спиной к сосновой смоле! Смола стекает в море, Принц орёт, но никто не поможет. Спустя тысячу лет он - кусок янтаря, который продают за 300 рублей на сувенирном рынке курортного города.
Поэтесса перечитывает черновик. «Нет, ну это какая-то дешёвая притча из женского паблика. Слишком мелко для меня». Месть отменяется.

Акт VI: Экзистенциальный кризис и принятие.
Индивидуальности цикад разочаровали. Мужики орут, бабы в коре, всё тлен. Поэтесса решает мыслить глобально. Она узнаёт, что цикады сидят личинками под землёй по 17 лет!
«Вот оно! Темнота. Ожидание. И внезапный, коллективный всплеск жизни!»
Поэтесса абстрагируется от полов и пузиков. Она пишет философский стих. В нём нет принцесс. В нём есть масса, резонанс и цикл. Слова ложатся весомо, как учебник физики за 9 класс. Стих готов.

Изумрудные склоны холмов,
Что над берегом моря дышали,
В тёплом вечере таинство снов
От зари и цикады встречали.

Много лет проведя под землёй,
Обретали там крылья цикады
И потом хор изысканный свой
Собирали. Гремели рулады.

Чтобы ритмом узоры вплести
В шум волны, а поток резонанса
Им единство давал обрести,
Чтоб в картину природы вливаться.

И дрожала поверхность воды
Мелкой рябью на волнах огромных.
От мелодии общей следы
Оставались в сердцах насекомых.

Возрождаясь опять и опять,
Из подземного мира цикады
Продолжали взлетать и звучать
В цикле вечном и в силе бравады.

В пике плотности тот хор цикад
Достигает критической массы.
Затихая, не видит распад,
Зная, что может он возрождаться.