Хорошо бы заснуть на скамье...

Хорошо бы заснуть на скамье
под окошком избы, а проснуться, —
на окошко взглянув, словно в блюдце, —
в русых кудрях, а не в седине.

И зайти, словно в сани свои, — 
их ведь летом готовят, — в далёкий
разговор у реки, лёгкий-лёгкий,
и в кругу оказаться семьи,

в тех раздольях, где мама отцу
и жена — не забалуешь слишком,
и любимая — с миленьким личиком,
и отец моей маме к лицу.

И не сыщешь окошка милей…
Но засну, и опять просыпаюсь
в седине, словно выцветший парус, 
и не знаю, что делать мне в ней.

Ввечеру у летейских урём
тишины, что кидает на лица
злую скорбь, лишь дурак не боится.
Но сегодня я чую нутром,

что, ступая на мягкие ноги,
холодок на коротком шажке
подойдёт и в матером прыжке
пролетит мимо горла дороги.


Рецензии