Кровавый пир. Из эпоса Нарты

КРОВАВЫЙ ПИР

(Из карачаево-балкарского эпоса "Нарты")

- Странный мальчик на пир меня звать приходил, -
Возвратившись, жене Ёрюзмек говорил, -

В ногу целил ему я, и – веришь  - мое
Пополам разломилось, ударясь, копье.

С виду он журавленок, не то петушок,
Ноги тонкие, на голове гребешок.

- Не простой это отрок, - рекла Сатанай, -
А на пир тебе надо идти, так и знай!

Но послушай совет мой: когда пригласят
На почетное место, не слушай, а сядь

На засаленный старый тюфяк и следи,
Что они говорят – впереди, позади.

И латунную дудку свою не забудь,
Ты не думай, она не затем, чтобы дуть.

Станут пить – ты бузу подержи возле губ,
А потом выливай незаметно в раструб…

Волчью шубу надел и кольчугу батыр,
Скакуна оседлал и помчался на пир.

Видит вдруг, что стоит Сосурук у плетня,
И велит ему: «Прыгай ко мне на коня!»

Сосурук разбежался, напрыгнул – и вот!
Конь застыл на дороге и с места нейдет.

Ёрюзмек изумился, не знает как быть.
Отрок спрыгнул – и конь побежал во всю прыть.

Снова чудо! Бежит мальчуган за конем
И ни малой не видно усталости в нем.

А потом обогнал он коня и кричит:
- Постреляем – чья дальше стрела полетит.

- Проиграешь! – смеется батыр. – Не беда.
Проиграть Ёрюзмеку – не будет стыда.

Приготовился нарт, а за ним Сосурук
Натянул для стрельбы облепиховый лук.

Разом прянули стрелы… Немного прошли
И стрелу Ерюзмека дорогой нашли.

А стрелы Ерюзмека нигде  не видать.
- Возвратись, поищи ее, жалко терять!

Сусурук засмеялся: «Потом подберу.
Нас, наверно, уже заждались на пиру!»

Вот и башня Кызыла. Заходят во двор.
Юных нартов донесся до них разговор

(Сатанай на пиру им велела гостить,
Чтобы мужа от козней могли защитить):

- Нет, не вырвать руками, пойди поищи
У хозяев в заначке побольше клещи.

- Эй, гляди!  - Сосурук Ерюзмеку кричит, -
Вон стрела моя, в притолке, видишь, торчит.

Снова чудо. Взбежал на крыльцо мальчуган,
Мигом вынул стрелу и закинул в колчан.

Все дивились. Но кто-то решил, что стрела
Их руками расшатана прежде была.

Ёрюзмеку, введя его в праздничный зал,
Жампараз место рядом с собой указал.

Нарт кивнул, но принять отказался он честь,
Предпочтя у двери на циновке присесть,

Чтобы видел гостей с четырех он сторон.
Помышленья их сердца угадывал он.

Видел он, как расплавленный вертел печной
С молодой опускают в кадушку бузой.

И, увидя, как Фуковы пьют сыновья,
Рассудил Ёрюзмек: «Значит, выпью и я!»

Был на пир приглашен Злоязычный Ширдан,
Угадавший, каков был тринадцати план.

Засидясь до утра, так что больно костям,
Ёрюзмек предложил состязанье гостям.

- Столб стоит во дворе. Награждение ждет
Чья из лука стрела его первой пробьет.

Ёрюзмек победил. Люди стали гадать,
Как стрелу им извлечь, чтоб столба не сломать.

Тут опять им на помощь пришел Сосурук,
Удививший, как прежде, проворностью рук.

А потом приготовили каждый свой меч –
Кто сподобится вертел чугунный рассечь.

Вертел надвое тяжким мечом расколол
Ёрюзмек, и вернулись мужчины за стол.

Пели песни, и тост говорил Жампараз:
- Пусть внесет в этот зал виночерпий Бараз

Чашу мужества, чтобы до дна осушил
Тот, кто честно сегодня ее заслужил.

Опустил со стыдом виночерпий глаза;
Заплескалась в серебряной чаше буза –

Соки трав ядовитых намешаны в ней
И отравная кровь скорпионов и змей.

Чашу взял Ёрюзмек, подержал возле губ
И полил, как жена научила, в раструб.

Но из рук его на пол буза пролилась.
«Вот уж мочится гость наш» - решил Жампараз.

Но пронюхавши скоро, чем пахнет «моча»,
Подступили с ножом. Но боялись меча.

Жампараз льстивым голосом стал вопрошать:
- Дай в руках несравненный твой меч подержать.

- Нарт чужому вовек не доверит меча,
А равно и не вынет его сгоряча.

А уж если из ножен он вытащил меч,
Скоро в пыль полетят чьи-то головы с плеч.

И на братьев направил он меч, разъярясь.
- Отчего он зазубрен? – спросил Жампараз.

- Оттого что я голову Фуку рубил,
Зуб во рту его крепкий мой меч повредил.

Жампараз виночерпию молвил тогда:
- Принеси-ка мне новую чашу сюда.

Злоязычник Ширдан к нам пожаловал сам.
Чашу дай ему. Слово пусть скажет гостям.

Чашу взял злоязычник, прошел к очагу.
- Эй, щенята! Не знайте пощады врагу.

Тихой сапой сегодня прокрался в наш дом
Злобный хищник, волчище с кинжальным клыком.

Не робейте же, будьте зубасты, щенки,
Нападем и повыдерем волчьи клыки!

Отвечал Ёрюзмек: «Языкастый злодей!
Много лет ты мечтаешь о смерти моей.

Боги нынче рассудят, кто был из нас зверь!»
С этим словом рванулся и запер он дверь.

Бросил взгляд где под сводами, под потолком
Был подвешен огромный котел с кипятком.

И чугунные цепи мечом Ёрюзмек,
Замахнувшись, легко, как веревки рассек.

Кто ошпарен, кто павшим котлом сокрушен,
Кто пытался бежать и мечом поражен.

Злой Ширдан в подочажную канул дыру
И поведал о страшной расправе двору.

Кто-то был во дворе из Кызыла родни
И избавились чудом от смерти они.

Сосурук подскочил со двора словно зверь,
И как доску он вышиб чугунную дверь.

И найдя Ёрюзмека среди мертвецов,
До реки он довел его, смыл с него кровь.

Генжетай, чуть хозяина взвидев, заржал.
Путь домой он держал, мальчик рядом бежал.

Но уздень был спасению рад и не рад.
Сосурук его сердцу стал близок как брат.

Но воспитан был в доме Кызыла юнец
И не станет ли тем, что проклятый отец?

И убить невозможно – он жизнь ему спас…
Но ведь смертью юнца вся страна бы спаслась…

Кто он мне, этот отрок? Мой враг или друг?
- Эй, ты где? Глядь – куда-то исчез Сосурук.

(С балкарского, подстрочник Мурадина Ольмезова)