Боль сына

В гулком коридоре, у белой стены,
Словно тень застыла в плену тишины.
Не мигает лампа, гудит тишина,
В целом мире для мамы лишь эта стена.
Сердце в клетке рёбер стучит тяжело,
Ей бы крикнуть, чтоб горе навек отошло.
Но слова застряли свинцовым комом,
Лишь беззвучный шёпот под белым покровом.
За дверью палаты — дыханье машин,
Там её кровинка, любимый сын.
Он сейчас далеко, он ведёт страшный бой,
А она здесь молит: «Вернись, я с тобой».
Каждый скрип паркета, случайный шаг —
Для неё как выстрел во тьме, как страх.
Сколько б ни прошло быстротечных минут,
Все молитвы к небу безмолвно идут.
И когда измученный выйдет врач,
Взгляд его ей скажет про боль и печаль.
Она примет всё: приговор или свет,
Лишь бы сына увидеть на этом рассвете.
Эта мука, вечность седого крыла...
Как же много мама пережить смогла.
Пусть погаснут лампы, умолкнет капель,
Только б сердце сына стучало теперь.
В окне больничном — серое стекло,
Холодный свет и тени от старой берёзы.
Ей время будто ноги подвело,
Стирая мир до безмолвной прозы.
Она сидит, не чувствуя спины,
В руках скомканный, ненужный лист бумаги.
Здесь воздух стертый, пахнущий бедой,
И лампы режут воспалённый сумрак.
Не слёз уже давно в глазах сухих,
Лишь взгляд горит отчаянным огнём.
Она считает каждый слабый вдох,
Прислушиваясь к шёпоту за дверью.
Там, за стеной, её родная кровь
Ведёт незримый бой за право быть на свете.
А материнская безмолвная любовь —
Как якорь брошенный в бушующем рассвете.
Она бы всё отдала, чтоб боль забрать,
Своим теплом согреть его ладони.
Но может лишь бессильно наблюдать,
Как жизнь и смерть играют роль на сцене.