Слушай, как разгорается небо
Глаза она закрывала не от сна. Сон ей был ни к чему — у камня иной счёт времени. Она закрывала их так, как закрывают глаза люди, когда хотят услышать что-то особенное. А слушать рассвет — это не то же самое, что на него смотреть.
Птицы знали её привычку и поэтому вылетали раньше солнца — будили не криком, а самим фактом полёта, лёгким подрагиванием воздуха над её лбом. Она чувствовала это так, как чувствуют, когда по щеке проходит чужая тень: не больно, не безразлично, где-то между. Даже ласково что ли.
Когда край солнца показывался из-за дальних холмов, по её лицу — там, где у людей бывает румянец — разливался свет. Не отражённый, а будто извлечённый из самого камня, словно всё это время внутри горы хранился маленький запас тепла, и утро каждый раз приходило, чтобы напомнить ей, что запас не кончился.
Она не радовалась рассвету так, как радуются люди — вскрикивая, хватаясь за телефон, спеша зафиксировать. Её радость была медленнее и тяжелее, она проходила через породу, как проходит сквозь толщу годовое потепление: незаметно для часа, безусловно для века.
Туман в долине стелился у её подбородка, будто кто-то заботливо подвязал шарф, и горы вдалеке кивали ей в ответ синими спинами, тоже наполовину спящие.
Она знала то, чего не знали ни деревья на её макушке, ни птицы, пролетающие сквозь её сон: что однажды свет дойдёт до её ресниц и заставит их дрогнуть, и она откроет глаза — впервые за столько утр, что сосны успели стать лесом. И тогда, может быть, она увидит не рассвет, а того единственного человека, что всё это время смотрел на неё снизу, из долины, и тоже — закрыв глаза — пытался расслышать, чем дышит гора.
Но пока — она просто слушала, как разгорается небо, и улыбалась тем уголком губ, который ещё оставался её собственным, а не камнем.
Свидетельство о публикации №126062105257
