Гроза и старец
назрели, видно, важные дела,
по закоулочкам от края и до края,
гроза небес нависла, налегла.
И лезвие сверкнёт во мраке неба,
распорет черноту, достанет свет,
ни половца в степи, ни печенега,
у очага лишь старец да Завет.
Откроет Книгу, затрепещут звёзды,
воспрянет кверху пламя очага,
сольются искры в огненные розы
и грянет свет, и выгнется дуга.
В расселине между вчера и ныне
проступит карта позабытых троп,
там лунный свет и запахи полыни,
гора Голгофа и Господень гроб.
И время там - мудрёный иероглиф,
красиво свёрнуто, закатано в печать,
на свитке том, сверкающий автограф
- уму покой и вере благодать.
Свидетельство о публикации №126062100019