Отелло

Что у нас на ужин, Дездемона?
Так устал, прости, держусь едва.
Мне бы две таблетки цитрамона,
Душ горячий, чаю и в кровать.

Что-то я расклеился некстати,
В шесть утра хоть сдохни, а вставай.
Не пойму, на что мы только тратим
Время, нервы, силы и слова.

Вот на днях - сидел, листал соцсети,
Задремал и странный видел сон:
Будто я в подземке Яго встретил,
Но засомневался - вдруг, не он?

Захотел окликнуть, но раздумал:
Толчея, час-пик, плохой момент.
Да и он был хмурым и угрюмым,
Что, конечно, дохлый аргумент -

Сам бываю и мрачней, и злее,
Да к тому же, мы сто лет друзья.
Я очнувшись, понял, что жалею,
Но обратно отмотать нельзя...

Всё я вру, совсем не сон мне снился.
На яву, недели две назад.
У метро. Я, правда, торопился,
Но не так, чтоб "здравствуй" не сказать.

Почему тогда я отвернулся,
Шаг ускорил, спрятался в толпе?
Не поверишь, скажешь, я рехнулся,
Ведь нельзя и выдумать глупей!

Просто задрожали вдруг колени,
Пот холодный выступил на лбу,
Я едва поднялся по ступеням,
Закусив от слабости губу.

Дома ты дала мне чай с лимоном,
И сказала: всё пройдёт к утру.
Я же испугался, Дездемона,
Я бежал, как с поля боя - трус!

А теперь сижу, смотрю из тыла
В спину уходящему врагу.
Будто это всё со мною было,
А когда - припомнить не могу.

Желчь и раздражение глухое
Жгли меня весь следующий день.
Я б сказал, предчувствие плохое,
Если б верил в эту дребедень.

Вот решил: приду домой с работы,
Позвоню, мол, как дела, как жизнь,
И договоримся на субботу.
Правильно я делаю, скажи?