Тайна Эдемского сада I нулевой цикл

Они не создавали нас из глины. Глина - это было бы слишком примитивно.
Боги пришли из трещины между числами. Мы не знаем их настоящих имён, потому что когда они называют себя, пространство вокруг начинает кровоточить протоплазмой. Наши предки называли их Элохим, Демиург, Творец - но эти имена такие же ложные, как и всё, что растёт в Саду.
Эдемский сад - э то некая лаборатория по созданию человечества...
Представьте себе сферу, внутри которой все деревья посажены корнями в небо. Представьте реки, текущие против времени: рыбы в них рождаются старыми и умирают мальками. Это - Эдем. Это инкубатор, где Боги выдерживают Души, как закваску.
Но главное в Саду - Древо познания. Оно не из плоти и не из света. Оно из памяти. Каждый его лист - это чья-то чужая смерть, свернутая в глянцевую пластинку. Плоды - яблоки - висят тяжело, и внутри каждого бьется маленький, невысказанный вопрос: «Зачем?».
Боги запретили их есть. Не потому, что боялись, что мы станем равными. А потому что яблоки были бракованной партией.
Они приставили к Древу знаний - Змею. Не рептилию. Не демона. Змей - это первая модель человека, которая не удалась. У него есть руки, ноги, лицо - но всё не там, где нужно. Он ходит на четвереньках, задрав живот к небу, и его глаза смотрят внутрь себя.
Боги сказали ему: «Сторожи плоды. Никому не давай пробовать».
Змей спросил: «А что там внутри?».
Боги не ответили. Боги никогда не отвечают на вопросы, которые сами же и вложили в код.
***
Она проснулась от того, что внутри неё что-то прозвучало. Это была первая мелодия Жизни. У  неё ещё не было сердца. Вместо него пульсировал маленький узел тьмы, похожий на черную дыру, свернутую в бусину. Боги назвали это «душой» и сказали, что это самое ценное, что у неё есть.  Ева сразу же захотела узнать, из чего сделана Душа. Можно ли её потрогать,  разобрать? Можно ли пересадить? Можно ли продать?
Адам не понимал её. Адам был идеальным. У него внутри не пело ничего - боги сделали его тихим и послушным, как хорошо откалиброванный инструмент. Когда Ева начинала задавать вопросы, Адам просто смотрел на неё и улыбался. От его улыбки у Евы сво рачивалось всё внутри - тот самый узел ть фмы начинал вибрировать на частоте, похожей на страх.
Однажды она спросила Змея:
- Почему нельзя есть с Древа?
Змей лежал на боку, вылизывая свой собственный позвоночник - он вынимал его наружу по одному позвонку, чистил и вставлял обратно. Это было его единственное развлечение.
-  Потому что боги - инженеры, - произнес Змей, не прекращая вылизывать свои позвонки.  - А хороший инженер не даёт пользователю доступ к настройкам, которые тот может сломать.
- Что значит «сломать»? - удивленно переспросила Ева.
Змей замолчал. Потом вытащил из себя последний позвонок, подержал его перед глазами, как бы любуясь этим творением... Позвонок засветился изнутри, как маленькая лампа.
- Вот это, - сказал Змей. - Я сломан. Меня сделали с дефектом. И знаешь, какой у меня дефект? Ева покачала головой.
- Я знаю, что я сломан. А вы - нет. Вы думаете, что вы целые. И поэтому вы страшнее меня в тысячу раз.
Он протянул ей позвонок. На его конце висело яблоко - маленькое, прозрачное, с бьющимся внутри зрачком.

- Съешь, - предложил Змей Еве. - И ты узнаешь, какой у тебя дефект. Ева осмотрела яблоко и и чуть подождав... надкусила его... И тут же внутри неё лопнула тишина. Треск раздался в ее груди! В голове загудело и что-то забегало в ней... Мысли как острые стрелы стали пробиваться в ее оживший мозг. Помимо всего прочего - она вдруг ясно поняла, что Боги не всесильны. Что они тоже кого-то боятся. Что Эдемский сад - это не награда, не рай, не испытание. Это завод по переработке разочарования.
Она поняла, что Адам улыбается не потому, что счастлив. А потому что Боги вырезали ему мимические мышцы в положении «покой-удовольствие», и он просто не может закрыть рот.
Она поняла, что Змей - не первая неудачная модель. Их были тысячи. Тысячи существ, которые жили, ходили, говорили, а потом Боги замечали в них брак и скармливали Древу, превращая их в листья.
Она поняла, что яблоко - это не плод познания. Это плод осознания собственной конечности, смерти... И в тот же миг она захотела обратно - туда, где не было вопросов. Где она просто ходила по траве, не зная, что трава - это чьи-то перемолотые кости.
Но яблоко уже съедено. И информация, как радиоактивная соль, уже пропитала каждый её атом. Пути назад уже нет.
Она повернулась к Адаму и протянула огрызок.
- Ешь, - сказала она улыбаясь. - Я не хочу быть одна в мире знаниия, которые внесло в меня яблоко. Адам протянул руку, взял яблоко. Откусил. Пожевал. Проглотил.
И его улыбка впервые стала настоящей. Не той, как натянутся титива, которая могла лопнуть в любой момент у стрелка из лука...
Потому что он понял то, чего не поняла Ева: Боги тоже однажды надкусили своё яблоко. И с тех пор пытаются забыть вкус.
Когда Боги увидели, что плод съеден, Старший сказал:
- Теперь они узнают нас. Настоящих.  И лицо его - пульсирующая масса глаз - распалось, как гнилой гранат, и под ним оказалось другое лицо, а под тем - третье, и так до бесконечности, вниз, в бесконечную матрёшку ужаса, потому что Боги - это просто скорлупа, под которой ничего нет. Маленький божок с младенческим лицом заплакал кровавыми слезами:
- Они теперь будут искать смысл. А его нет! И они возненавидят нас за то, что мы дали им пустоту. За то что мы лишили их ума, мыслей и настоящих чувств... Теперь у них все это есть!!!! Они могут мыслить, думать, любить...
Костлявый, тот, что лепил, молча вытянул свои шарнирные пальцы и раздвинул ствол Древа. За ним открывалась не дверь - разрыв. В нем клубилась тьма, в которой не было ни времени, ни пространства, ни даже надежды на то, что всё это когда-нибудь закончится.
- Идите, - сказал костлявый. - Ищите ответы там. Может быть, вы найдёте то, что мы упустили.  Адам взял Еву за руку. Ева взяла Змея за хвост. Змей взял себя за позвонок - тот самый, светящийся.  Они шагнули в тьму.  Их последними словами, услышанными в Саду, были:
- А если там тоже ничего нет?
На что Змей ответил:
- Тогда мы посадим своё Древо. И назовём его «Почему!».
За дверью хлопнула пустота. Боги остались одни в Саду, который с этого момента начал умирать - потому что без ищущих не нужны и ответы.  Маленький божок вытер слёзы и сказал Старшему:
- Они ведь никогда не найдут выхода, правда?
Старший молчал. Потом медленно, очень медленно, его лицо сложилось в то, что можно было назвать улыбкой - если бы улыбка могла быть сделана из отчаяния.
- Выхода нет, - сказал он. - Ни у них, ни у нас.
Он поднял с земли упавшее яблоко, надкусил и зажмурился.
- Но пока они ищут - мы ещё чуть-чуть живы.
***
Мы до сих пор ищем. Каждый наш вопрос, каждая молитва, каждая научная статья - это просто пережёвывание того самого первого яблока. Вкус давно выветрился, но челюсти помнят движение. Мы в процессе, мы жуем....
Иногда, в редкие ночи, когда небо становится слишком прозрачным, я вижу Змея. Он лежит на боку где-то между звёзд и чистит свой бесконечный позвоночник.
- Ну что? - спрашиваю я шёпотом. - Нашли?
Он поднимает голову, и его глаза - оба смотрящие внутрь - на секунду фокусируются на мне.
- Мы ищем не выход, - отвечает он. - Мы ищем того, кто запер дверь с нашей стороны.
И тогда я понимаю, что Боги солгали не в одном. Выход есть.
Он внутри яблока. И он никогда не был заперт.

Ссылка на видео:
https://youtu.be/xgzBHh5C2t4