Если ты коренной петербуржец...

Если ты коренной петербуржец,
Тебе родственно слово "ротонда",
Ты отпетый мечтатель-безумец
В магистралях натянутых хордой.

А до этого был ленинградцем,
Спотыкаясь о слово - "поребрик",
Выходил из парадной, где сердцем
Обнимал тебя маленький скверик.

Где грузин с армянином сидели,
Обсуждая за кружкою пива,
В день какой, на которой неделе,
Выйдет прибыль в разделе актива.

Ведь тогда, дорогая нам Грузия,
Поставляла Мацони и Чачу,
Из которых готовила смузи я,
Напевая с Витьком "Кукарачу".

А потом вместо школы - в киношку,
Мы бежали, забросив портфели
И на лоб примагнитив по ложке,
В позе иога застывши сидели.

И портвейн "с топорами" вкушая,
Мы беседы вели про театр,
В Мариинском, где сцена большая,
Обсуждая культурный фарватер.

Фраза: "В десять я буду на стрелке"
Не вгоняла родителей в ступор
И отец отошедший от "белки",
Объявлял нам в ладони, как в рупор -

Что гулять нужно чаще с собакой,
Обнаглевшим вконец обалдуям!
Папа добрый, но может во марке
Звездануть вдруг - в сердцах, негодуя.

А ещё его звали "батоном",
Улыбаясь вдогонку приятно,
Когда он напевал баритоном:
"Чтобы в девять быть дома. Понятно?"

И шатаясь до ночи в Ленфильме,
В лабиринтах больших коридоров,
Мы встречали Янковского в гриме,
Среди сотни лихих гринадёров.

Выходил Д'Артаньян из гримёрки
С режиссером назначивший
встречу,
Мы шептались, что день выпал чёткий,
И такой же быть должен, и вечер!

Починив тормоза старой Лады,
День Победы с друзьями встречая,
Мы под залпы ночной канонады
Выпивали из термоса чая,

Распевая родную "Смуглянку",
Оголтело в пространство горланя,
Мы стояли под куполом арки,
Пока искры летели на знамя.

И рассвет опрокинутой склянкой
Проплывал меж мостами сверкая,
Огуречно-томатной закваской,
Светофором неспешно мигая.

И под аркой, где крыша литая,
Мы глотали тумана прохладу
И смотрел на нас сверху порхая,
Прадед, словно из райского сада.