Бегство

Я дышу, но, практически, не дыша.
У меня ощетинилась вдруг душа
от того, что за нею нет ни шиша,
но весь мир от нее вымогает
сдать остатки желания доброты.
Видно, я дотоптал до такой черты,
за которой навстречу одни кресты,
и раскаянье не помогает.

И, ну, ладно б, грешил, так ведь нет же! Нет!
Этот, драму давно заигравший, свет
мне чужой. Я не брал на него билет
в кассе жизни. Я мрачен и беден
для таких антреприз. Мне б простой покой,
чтоб не вечно бодаться с тупой тоской,
а под старость дойти до ворот с клюкой
и уже не выпрашивать снеди.

Это вовсе не много!.. Пустяк! Пустяк…
И для этого можно прожить не так,
как предписано было. Ну, да, дурак,
но по сути совсем безобидный.
Так чего же тогда человеки ждут
от меня даже, нет, не веков - минут,
чтоб однажды какой-то увластный плут
смог нажраться?.. Он жрет, а мне стыдно…

Не хочу. Не хочу ерундой страдать
в этом стаде, где Каинову печать
негде ставить, поскольку оно молчать
любит только в мгновения боли,
доставляемой ей за покорность злу
как желаемых вечно богатств узлу,
что наброшен на шею, и кабалу
эту ценят они пуще воли.

Значит, нужно скрываться. Пришел момент,
и давно облюбованный континент,
где рассветы с закатами стоят цент,
мне уже раскрывает объятья,
предлагая остаться до тех времен,
за которыми жизнь превратится в сон,
не досмотренный здесь. Все же, я рожден
 для сарказма, а не для проклятья.

И не стоит хвататься за шанс спасти
тех, кто ищет себе не свои пути.
Ты уж, Вышний, пожалуй, меня прости
за улыбку непонятой грусти.
Я останусь Твоим. Только, где-то там,
где реальность дает подышать мечтам,
а вдали неуклюжий гиппопотам
в речки старых надежд входит устье…