Прощание

Ты пришла, как на казнь. Да и как добралась, не припомнится.

Дом. Дорожная грязь. Храм. Поют. Свечка гаснет. Околица.

Но сырая земля все нутро разворочила нАголо.

Ты стоять не смогла. Ты сломалась, упала, заплакала.

Некрасиво, коряво, как будто порвалось предсердие.

За надеждой ныряла куда-то, в трущобы посмертия.

И по цинку ногтями скребла, уверяя - там нет ЕГО.

Ты ЕГО отпустить не могла - бесшабашного, летнего,

Непослушного, смелого, самого-самого доброго,

И веснушки горели, и нос любопытный, ободранный,

И коленки разбитые, вечно зелёнкой заляпаны,

И ладошки с мозолями, крупные, крепкие, папины...

Рядом молча невестка стояла. Глаза, как стеклянные.

Вас теперь пуповина связала бедою незванною.

Все давно разошлись, помянув и сказав слово доброе.

А в душе вдруг зажглись, как в письме, строки, Небом подобраны:

"Ты же сильная, мать. Ты давай за Маринкой приглядывай.

Вам дитя поднимать. Ей рожать где-то в мае, девятого.

Время злобой скрипит. Много тех, кто ударит в открытую.

Вон, соседка шипит: "Ох, деньжищ хапанут за убитого"...

Ты же мудрая, мать. Ты сумеешь отпор дать паскудникам.

Ты ведь знаешь сама - в этой жизни мы странники, путники.

Всю дорогу свою я прошёл, не жалея, не кланяясь,

Я служил хорошо. Кто же знал, что так выйдет, заранее...

Но не плачьте, ещё мы увидимся, милые, верьте мне!

Я в купели крещён, мне подарено Богом бессмертие.

С вами буду всегда, тёплым ветром и веточкой ивовой.

Охранять сквозь года, любоваться на сына красивого... "

Встала Русская Мать, через время, пространство, Вселенную,
 
Распрямив по возможности старую спину согбенную,

Прошептала: " Господь, отдала тебе лучшего воина...

Береги же его.. А мы тут, потихоньку, по-своему... "

Где же дуб, где в ларце с серебром смерть Кощея запрятана?
 
Захлебнутся когда за бугром кровохлебы проклятые?!?

Помоги же, Господь, дай нам мир, Небесами обещанный,

Чтобы больше не плакали Русские сильные Женщины...