5 день. Конкурс Шторм

День 5. Выбор без выбора

Он проснулся рано. Солнце ещё не встало, но в окно уже лез серый предрассветный свет. Чайник вскипел. Он заварил чай — без сахара, по привычке.

Рука потянулась к телефону. Начал набирать  главного редактора. Сбросил.

«Отдыхай, не отвлекайся», — сказал тот вчера.

Он отдыхал.  Отпуск, о котором никто не спрашивал. Коллеги не заметили. Или заметили — но промолчали.

Он открыл ноутбук. Конкурс «Шторм» прислал новое задание.

Картинка: панда сломала шкатулку и стоит на фоне четырёхэтажного японского храма . Надо четыре абзаца. На каждый этаж по абзацу.

Он уже описал вчера это про панду, которая засунула голову в шкатулку и сломала её. Но сегодня нужно было что-то новое. Задание есть задание.

Он написал: панда шёл мимо храма, представляя себя взрослым. Вышел на улицу, сел на лавку, достал фишбургер. Стал есть. Смотрел на храм и думал о том, как быстро растут дети.

Нажал «Отправить».

Интернет отключился.

— Опять, — сказал он вслух.

Перезагрузил роутер. Не помогло. Подождал минуту — тишина. Позвонить провайдеру? Все контакты — в мессенджерах.

«Ладно, — подумал он. — Выйду куплю поесть. Заодно и интернет сам собой починится».

Он надел куртку, взял карточку и вышел.

В магазине у кассы он протянул карту. Терминал пикнул. Продавщица покачала головой:

— Не проходит.

— Попробуйте ещё раз.

Ещё раз. Тот же писк.

— Карта заблокирована, — сказала продавщица равнодушно. — Звоните в банк.

Он достал телефон. Набрал номер банка. Тишина. Посмотрел на экран — «Нет сети».

Странно. Дома интернет пропал, но сотовая связь всегда работала. Он перезагрузил телефон. Вынул сим-карту, вставил обратно.

Ноль.

«Неактуальные данные», — всплыло в голове откуда-то из будущего. Или из прошлого? Он не знал.

По телу пошёл холод. Не тот, мистический, от шара. Другой — липкий, тревожный.

Он вышел из магазина. Сел в машину. Решил: поеду на рынок, в мобильный салон. Там разберутся.

В мобильном салоне было пусто. Молодой парень в синей форме покликал мышкой, посмотрел в монитор, покликал ещё раз.

— У вас паспорт есть? — спросил он.

— Есть.

Он протянул паспорт. Парень вбил данные. Монитор задумался.

— Пишет… — парень замялся. — Неактуальные данные.

— Что значит «неактуальные»?

— Не знаю. Такая формулировка. Возможно, сим-карта оформлена на старые документы. Придётся переоформлять.

— Я переоформлял год назад, — сказал он. — Всё было нормально.

Парень пожал плечами.

— Обратитесь в МФЦ.

Он вышел. В голове крутились варианты. Криминальные. Аферисты взломали базу? Украли данные? Денег на карте было немного —  коммуналка, кредит, который он тянул уже три года. Но если карта заблокирована — это катастрофа.

Он поехал в банк.

Банк встретил его кондиционированной прохладой и привычным гулом.

Он сразу пошёл к терминалу — железная стойка с экраном,  щель для талонов. Ткнул пальцем в «Обслуживание счетов». Терминал зажужжал и выплюнул бумажку: А-304. Ваше место в очереди — 5.

Он оглянулся. Зал был полупустой. Несколько человек на диванах, кто-то стоял у стоек с образцами заполнения бланков. Он сел на свободный диван, ближе к выходу. Взял телефон — сети нет. Покрутил в руках чёрный шар. Спрятал обратно в карман.

— Клиент И-404, пройдите к столу номер 8, — голос из громкоговорителя был равнодушным, записанным.

Он встал. Стол номер 8 оказался в дальнем конце зала, у окна. За стеклом — сотрудница в синем шарфе, молодая, с уложенными волосами и быстрым взглядом. Она уже смотрела в монитор, пальцы бегали по клавиатуре. Чувствовался опыт и  профессионализм.

— Здравствуйте, — он протянул карту. — Заблокирована. И телефон не работает. Хочу понять, в чём дело.

Она взяла карту, провела через считыватель. Покликала. Потом подняла глаза.

— Ваш паспорт, пожалуйста.

Он протянул.

Она вбила данные. Покликала ещё. Нахмурилась.

— У вас по нашим данным… — она замолчала, перечитала что-то на экране. — Неактуальные данные. Такая пометка.

— Что это значит?

— Это значит, что ваши паспортные данные не совпадают с теми, что есть в системе. Возможно, вы меняли документы? Паспорт? СНИЛС? Имя?

— Нет. Паспорт тот же.

Она взяла его паспорт, сверила с ним каждую цифру, каждую букву. Внесла в систему заново. Потом достала из ящика стола бланк.

— Вам нужно написать заявление на разблокировку. Процедура стандартная. Укажите причину обращения.

Он взял ручку. Заполнил: фамилия, имя, отчество. Номер счёта. «Прошу разблокировать доступ к счету и восстановить обслуживание банковской карты в связи с технической ошибкой в базе данных».

Расписался. Поставил дату.

Она взяла заявление, что-то пометила в компьютере.

— Мы передадим ваше заявление на рассмотрение. Обычно это занимает до пяти рабочих дней. Решение пришлём по СМС.

— У меня телефон не работает, — напомнил он. — И СМС не придут.

Она пожала плечами.

— Тогда проверяйте статус в приложении. Или приходите через неделю. Возьмите копию заявления с входящим номером.

Он вышел из банка.
 Только талон с номером И-404 остался в кармане — маленький квадратик бумаги, который ничего не значил и копия заявления.

Он вышел из банка. Небо было серым. Дождь так и не начался.

Он поехал в МФЦ. Тот, что в крупном торговом центре.

Зашёл в двери — и сразу упёрся в очередь. Человек тридцать. Плотная, неспешная, какая-то безразличная. Справа тянулись ряды столов — штук десять-двадцать, с прозрачными перегородками. С одной стороны — сотрудники МФЦ в белых рубашках, с другой — посетители. Лица у всех одинаковые: усталые, терпеливые, уже смирившиеся.

Очередь упиралась в рецепшн. Девушка за стойкой направляла пришедших к свободным окнам.

Он подошёл к ней.

— Это всё в МФЦ? Талон у Вас брать?

— Да, — она даже не подняла головы. — Талон можно взять и  у терминала. Ждите своей очереди.

Он оглянулся.

В зале было шумно. Люди с чемоданами — большими, колёсными, обмотанными скотчем. Взрослые — кто с папками, кто с телефонами у уха. Дети бегали между стульями, родители их догоняли, ловили, сажали обратно. Много выходцев из Средней Азии — говорили на своём, перебивая друг друга.

Кондиционеры гудели под потолком. Единственное спасение.

Он постоял минуту. Потом развернулся и вышел.

Не стал ждать. Терять время.

Он поехал в другой МФЦ. По месту жительства. В исполком.

Там было иначе.

Один кабинет. Одна сотрудница — женщина лет сорока, в очках, без формы. Никакой очереди. Тишина. Только клавиатура стучит.

Он вошёл. Она подняла глаза.

— Здравствуйте. У меня проблема, — сказал он. — Банк говорит, что данные неактуальные. Телефон заблокирован. Карта тоже.

— Паспорт давайте.

Он протянул.

Она покликала. Потом ещё раз. Посмотрела на него поверх монитора.

— Сложная ситуация, — сказала она. — Честно говоря, я не до конца понимаю, что произошло. Но могу только выдать справки.

— Какие справки?

— Например, СНИЛС.

— Давайте СНИЛС.

— По закону мы обязаны предоставить справку в течение трёх дней, — она понизила голос. — Но если подождёте, я попробую подать запрос в фонд пенсионеров. За час. По секрету.

— Подожду.

Он сел на стул. Достал телефон. Интернета не было. Связи не было. Только время тянулось медленно, как смола.

Паника окутывала его, как та самая вода из чашки чая — липкая, холодная, неумолимая.

«Аферисты», — крутилось в голове. — «Взломали базу. Украли личность. Продали кому-то».

Час прошёл. Его снова позвали.

Девушка протянула ему лист бумаги.

— Вот. Справка.

Он взял. Прочитал.

Графа «Причина отказа»:
«Найден получатель услуг с такими же анкетными данными»

Он не понял.

— Что это значит?

— Это значит, — девушка подбирала слова, — что в системе фонда пенсионеров есть другой человек с вашими паспортными данными. Полное совпадение. ФИО, дата рождения. Всё совпадает.

— Я — этот человек, — сказал он.

— Система так не считает, — она развела руками. — Не переживайте, такое бывает. Ошибки в базах. Езжайте в фонд пенсионеров. Там разберутся.

Он взял справку - отказ. Вышел на улицу.

Он сел в машину. Не завёл. Просто сидел и смотрел на серое небо.

Пальцы сжимали справку. «Найден получатель услуг с такими же анкетными данными».

Кто? Кто этот получатель? Его двойник? Вор, укравший личность? Или просто тень, которая ждала своего часа в недрах базы данных?

Он достал блокнот. Тот самый, куда записывал мысли о стихах Поэта. Потом — ручку.

Строчки пошли некрасивые. Сбитые, без ритма. Он не пытался их рифмовать. Просто выкладывал на бумагу то, что клокотало внутри.

Где-то двойник, или вор, или тень
Теперь носит имя моё, как одежду.
Он тратит мои невозможные деньги,
Он сеет мой голос в чужой уже день.

А мне без СНИЛСа — ни звонка и ни жеста,
Ни цифры в системе, ни строчки в анкете.
Ошибка я в коде и сбой в интернете,
Я человек, но в списках нет места.

И смотрительница окон, прозрачных и строгих,
Жуёт свою скуку, глядит в монитор.
А я за стеклом — лишь мучительный довод,
Что их безупречный закон — не укор.

И воздух казённый густеет, как студень,
И время, зазубренное, как пила,
Впивается в руки…
О, Господи, судьбы
Переплетены, но моя — отнята.

Он перечитал. Обычные, корявые для автора строчки. Но внутри стало чуть легче. Потому что мысли перестали метаться в голове — они легли на бумагу. Стали видимыми.

Он закрыл блокнот. Завтра он поедет в фонд пенсионеров. Туда, где, возможно, данные того самого «получателя услуг». Или его тень. Или двойник.

Он завёл машину.

Шар в кармане согревал ладонь.

И в этой теплоте — единственное, что не давало ему рассыпаться на куски.