25й этаж
их написал какой-то Я.
А для поэта трудности,
когда нет вдохновения…
Когда ты смотришь детектив
и знаешь все события,
все тайны режиссёр раскрыл,
когда герой его
стреляет без укрытия.
Иль, например, как твой сосед
в прекрасном «человейнике»,
инопланетный или нет?
Раскроет он тебе секрет?
Конечно нет, конечно нет
и без сомнения!
Я Клаву мучаю, кряхтя,
пытаясь стих свой сочинить,
На двадцать пятом этаже
невозмутимая хандра,
когда лифт без движения.
В окно, где был закат, —
заглядывает чья-то рожа.
Я думаю: «Ну что за дежавю?
На Васю инопланетянина похожа!
Опять дурдом тревожить?»
Тебе чего? — ему кричу,
Лети быстрей в свою квартиру!
А он в ответ (вот это поворот!):
«Привет! Я Карлсон.
Малыш, я тут!
У вас тут плюшки же дают?
Я просто мимо пролетал,
Жаль, Фрекен Бок я не застал...»
В ответ звучало строго: «Карл,
Ты книжек старых генерал!
Ты 40 лет не прилетал!
Здесь нет варенья, старый Карл!
Здесь Маркс просрал свой капитал,
давно здесь нет КПСС!
И здесь остался только стресс.
А твой пропеллер — просто жесть!
Вот кулер из компа возьми
на жопу скотчем прилепи.
Ну и лети себе, лети!»
Так мне соседи по судьбе
мешают думать о тебе на 25м этаже
о том, что скоро принесут
мне пенсионный парашют
в прекрасном "человейнике"!
Свидетельство о публикации №126061707377
