Самарская Сандра

Сыграла партию свою,
Где шах и мат служили домом,
На перевес чужой любви
Шла королева своим ходом!

Она красавицей неслыханной слыла,
И ею умилялся целый город!
Балованной была внебрачное дитя,
Нежна, умна и в шахматы играть любила очень!

И выбор сделан, выбор пал,
Жених подстать ей сам нашёлся,
Союз был заключён меж них,
Как Александр и Александра - 
По счастливым брачным нотам!

Он замок ей построил неземной!
Из сказок с феями на свет он появился!
Стрекозы, бабочки покой их стерегли,
Но только преданность свою
Хозяйка-королева не хранила!

Его любимая жена, подруга,
Сандра, Александра, Королева!
Разбила сердце добрейшее, волшебника и чудака!
У мецената с горя в разуме смешалось, помутнело!

Его лечили в той больнице, что сам он содержал,
Отстроил для простых крестьян и нищих,
Врачей к нему со всех краёв свозили,
Не выдержал рассудок, потерял себя!
И умер друг её не в доме славном и родном,
А под казённой больничной крышей безутешный!

А Сандра продолжала жить,
Вести дела довольно аккуратно,
Но счастлива ль была, теперь одна?
Да не совсем одна!
А с новым молодым поклонником успешным!

Не сберегла того кто золотом под ноги ей стелил!
Мостил любовью дни и жизнь прекрасную дарил!
И проиграла партию свою себе же!
На долю долгую, в несчастной кутерьме!

И вот в один из серых дней,
Ни слова, ни письма, ни строчки не сказав
И не оставив о себе следа тончайшего, ни шороха, ни тени,
Исчезла Сандра из замка дорогого навсегда!
Покинула его не тронув самой малой толики!
Как будто не было её!
И испарилось будто всё!
Из той далёкой, праздной и нарядной хроники!..

А новый друг, поклонник страстный Сандру полюбил!
Он также дом на Волге-Матушке отстроил!
В той же манере, затейливой, замысловатой форме,
С фигурами из шахматной игры!
...В Самаре городке стоит сей дом известный!
В котором давно никто уж не живёт!
Он обветшал, но всё такой же заманчивый, прелестный!
И у парадного крыльца,
Поставлены напротив два каменных больших слона!
Два друга и дама-королева между ними,
На упомянутом крыльце стоит небезизвестном!..

Эпилог
Прошли немалые года
И революция уж отгремела!
Война Великая победу принесла!
Закончились невыносимо горькие, страдальческие времена!
Мир долгожданный наступил!
Отстраивались снова города, дороги!..
...И вот Москва, старый Арбат,
Квартиры коммунальные шумят!
И в каждом окне-ячейке чья-то семья советская живёт!
Вот здесь и Сандра себе приют нашла,
Жила в такой же коммунальной обстановке!
Да, да! Покинув свой дворец,
Она уехала в столицу!
И долго тихо проживала здесь уединясь,
Среди чужих людей и незнакомых скверов, бульваров и проспектов...
...Всю жизнь свою она хранила лишь одну реликвию-частицу!
Из замка сказочного своего и дорогую для неё -
Хрустальную печать супруга благоверного!*
Взятую на память о былом,
О беззаботной юности ушедшей,
О незабвенной, непостижимой, но истинной любви!
С трагедией, комедией, страстями,
Как весь наш вечный легендарный мир!

16.06.2026

Ps: *Картинка взята из интернета.
На представленной фотографии в г. Самаре со стороны улицы Алексеевской (сейчас
Красноармейская) находится вход во двор особняка, отделяемый от улицы знаменитыми воротами в виде бабочки. На крыше дома помещены кованные архитектурные вставки в виде стрекоз и бабочек.

*Удивительная история об Александре Курлиной (Сандра, так её называл любящий муж), уехала в Москву, где жила в обычной коммунальной квартире на улице Мясковского у ресторана «Прага». В Самару она больше не возвращалась. Перед смертью она отдала своей соседке по коммунальной квартире (дочери последнего губернатора Одессы) личную печать Александра Георгиевича Курлина из горного хрусталя — всё, что осталось у неё от былой роскошной жизни. В 1990 году этот предмет был передан в дар самарскому Музею модерна.
Александра Павловна умерла в 1950-е годы  (родилась в 1876 году), похоронена в Москве на Востряковском кладбище.

*Об этом уникальном доме-модерне снят документальный фильм «Роман в камне. Архитектурные шедевры мира: Самара. Дом Сандры», посвящённый особняку Александры Павловны Курлиной. А.Н. Толстой в романе «Хождение по мукам» упоминает дом Курлиной, называя его «нелепо роскошным».