Свободней в смерти
Ему тот погасший глаза приоткрыл.
И правды слова были жестки, железны:
— Твой бог золотой тебя вскоре забыл.
Он выжег из матери страх и сомненья,
Она отреклась, чтобы трон свой спасти.
Ты — только орудие, веха паденья,
Клинок, что не в силах свой крест донести.
Пылала земля. Небосвод рвал огонь.
Погасший пронзил ему грудь на прощание.
Мессмер упал — и узнал он ладонь,
Что держит не свет, а одно лишь молчание.
— Проклятье тебе, пустой и жестокой!
Погасший, спасибо: глаза мне открыл.
Свободней я в смерти, чем был под опекой,
Где преданный сын только пеплом и был.
Свидетельство о публикации №126061703953
