Очень лично. О любви

Жду второго пришествия,
Любимой, ласковой, нежной.
Поток пустого сумасшествия
Между Евфратом и лондонской Темзой.

Облака идут парадом на расстрел,
Командует разлучник — месяц;перевёртыш.
Спасибо, что показала боли предел,
Спасибо, что был утоплен котёнок;слепыш.

Сбиваю в мясо кулаки,
Немые стены бьют в ответ,
Шагают по сердцу твои каблуки,
В голове твой последний привет.

В этом мире без тебя мне тесно,
Арканом свобода душит,
На кладбище не продали место,
Земля с любовью, видно, не дружит.

Брошу всё, да улечу подальше,
Куда;нибудь за остров Шпицберген.
Помнишь, как хорошо было раньше?
Помнишь, Иуда был тебе верен?

Пропью оставшихся друзей,
Выкину в подвал с тобой иконы,
Как хорошо жить без людей,
Когда легко глотать свои же стоны.

Убегу за самый край земли,
Но я ведь знаю: ты — лисица,
Подожжёшь мои любые корабли
И будешь каждую ночь мне сниться.

Однажды волк в Дису влюбился,
Толпа от хохота ревела,
Роман недолгий получился —
Через год лиса;чертовка волка съела.

Никто никому ничем не обязан,
Суровая правда жизни.
А что мне делать, если я к тебе привязан?
Что делать, если о тебе все мысли?

Укради меня у них, прошу,
Забери, как детскую игрушку.
Тебе на адрес снова я пишу,
Допивая вот уже какую кружку.

Помнишь, как мы целовались?
Я не пробовал вкуснее губ.
Помнишь, тогда в подъезде прощались,
И я слышал твой сердца стук?

Оно настукивало гимн
Всех влюблённых, всех живых,
Изо рта шёл мелкий дым,
Любовь доступна молодым.

Красный командир поверил в Бога,
Белый офицер сорвал погоны,
Поэт не вымолвил ни слова,
Дрожали храмовые своды.

Ты — это мир,
А мир, как известно, в огне.
Я лишь мундир,
Повешенный на первом столбе.

Боги знатно шутили,
Когда нас познакомили,
В одной церкви нас крестили,
Да вот разными водами.

Любить тебя —
Ровно покаяться в грехе,
А мне всё равно, любовь моя,
Я вижу смысл лишь в тебе.

Пойду хоть в ад — мне всё равно,
Главное — с тобой под руку.
Если честно, мне всё одно,
Когда рядом грешника подруга.

Если надо, я и в рай зайду,
Ну, если вдруг меня, конечно, пустят.
Я где угодно тебя найду,
Если тебе, конечно, нужно.

Знаю, размечтался,
Нам с тобой не по пути.
Альпинист опять сорвался,
Знаю: одному во тьму идти.

Любовь — это кровавая игра,
Русская рулетка с полным барабаном,
Одиночества старшая сестра,
Вальс, сыгранный органом.

Услышите все:
Я её люблю,
Как первый лист в листве,
Я её люблю.

Слышишь, мама?
Я её люблю.
Знаешь, мама, она бывает так упряма.

Мама, я так её люблю,
Прости, но даже больше, чем тебя.
От взгляда одного тону,
Люблю даже больше, чем себя.

Мам, она самая лучшая, честно,
Единственная, с кем я бываю дома,
Она — моё родное место,
Она — моя единственная свобода.

Мам, только прошу, не волнуйся,
Она в своём праве была уйти.
Сделай, как я, — просто смирись,
Меня уже не спасти.

Она была согласна выйти за меня —
Союз королевы и вандала,
Дикого ливня и жаркого огня,
Тишины и вселенского скандала.

Мы так хотели двух детей
И щенка ретривера по кличке Шторм,
В отпуск взять и махнуть в Сидней,
Построить огромный общий дом.

Куда теперь всё это деть?
Кому дать имена наших детей?
Почему наш дом должен гореть?
Кто посмел всё это стереть?

Хочешь рассмешить Бога —
Расскажи ему о своих планах.
Любовь — это кольцевая дорога,
Где нет запрещающих знаков.

Ты, наверное, там от смеха катаешься, безликий,
Хлопаешь в ладоши, как ребёнок.
Учти: огонь любви моей дикий —
Самый дикий из прайда львёнок.

В первый раз мустанг надел седло,
Впервые бурю обуздали,
В первый лёд почувствовал тепло,
Впервые отступника приняли.

Знаешь, я сам себе завидовал,
Когда в руках тебя алкал,
Всё в голове дурно прикидывал:
Врут глаза или отражение зеркал?

Я искал тебя лет двадцать,
А потерял во вторник.
Моя нетронутая сладость,
Принцесса и её позорник.

Давай сбежим, как раньше:
Ты — от родителей, я — от себя.
Там жизнь была проще,
Там ты была моя.

Там ночь была теплее,
Там был вкуснее ужин,
Там я кому;то был нужнее,
Там ты ждала меня домой на ужин.

Давай опять всю ночь не спать,
Буду вновь дышать друг другом,
Давай опять на лестнице стоять —
Только ты, я и тишина;подруга.

А хочешь, давай поругаемся?
Нам ведь в этом тоже нет равных.
Но прошу: давай лучше вместе состаримся,
Будет брак двух букв заглавных.

Опять со стенкой говорю,
Как тогда, в конце.
Посередине комнаты один стою,
Побеждённый в твоей игре.

Пару лет назад играли с Богом в карты,
Он, как обычно, мухлевал, скотина.
В случае победы мне бы досталась ты,
А если проиграю — то боль и похоронные кресты.

Победить или проиграть — разницы, по сути, нет,
Когда люди с богами играют на любовь.
Но вот вам всем мой ненужный совет:
Помните — за каждой победой последует кровь.

Ты мне снова снишься,
Спасибо хоть за это чудо.
Хоть там на секунду возвратишься —
Приходи завтра, я ждать буду.

Друзья говорят: «Отпусти,
Нельзя всю жизнь по ней скучать».
А я опять молю: «Приди!»
Я так хочу тебя обнять.

Я не был идеальным,
Но всегда пытался быть лучше, чем вчера.
Я хотел хотя бы с тобой быть реальным,
Быть собой, а не отпечатком тупого ножа.

Я показал тебе самые больные раны,
А ты наотмашь в них ударила.
Я подарил тебе с утра тюльпаны,
А ты их даже в вазу не поставила.

Познакомился тут с одной —
Вроде милая, на тебя чем;то похожа.
Но ведь только тебе шумит прибой,
И от твоего запаха багровеет кожа.

Я не ищу тебе замены —
Это глупо, ты свята.
Мне бы только выкрасить глухие стены
Криком, что ты была моя.

Расстроились гитары струны,
Ушёл на пенсию старик смычок,
Легли на дно Орфея шхуны,
Незавидный вновь урок.

Когда настанет время для последнего суда,
Когда нас двоих уже не будет на этом свете,
Я хочу, чтобы мою ладонь брала твоя рука.
Хочу, чтобы мы были всегда в этом сонете

Пусть мы всегда будем вдвоем,
Если не в жизни, то хотя бы здесь.
В стихах мы еще с тобой живем,
Наше место, где любовь можно прочесть