Всем уцелевшим: пора не спать, минус по коже, и кровь — слепа, —
как тут не вымереть, не пропасть, — небо, поставленное на попа,
светит всем уцелевшим.
Всё перешьём-перекроим; ветер, в котором по грудь стоим,
загустевает вблизи руин, а как разольётся лидокаин,
станет зима и легче.
От улетевших на юг небес — белая тень, голубой порез
утра, покуда стеклянный лес спит, а оно тебе надо лезть
в самый ноябрь его с пылу, спьяну.
Свежесть твоя — лемонграсс и лайм; что же касаемо числа, —
вечность до завтра, вчера дедлайн; будь человеческая скала
в самом нутри тумана.
Будет, как каменная, вода течь по антеннам и проводам;
время смирения, сна и льда; всё, чего стоило петь и ждать, —
с той стороны глагола.
Но только уляжется соль в груди, небо одумается, прилетит,
жмётся к карнизу, в окно глядит
с вешней тоской ледокола.
-
-
-
Из пятой книги стихов "Кукла Бога"
Холодное
© Copyright: Наталья Карпичева, 2026
Свидетельство о публикации №126061608534
Свидетельство о публикации №126061608534
Рецензии