Опять зима рисует на решётках

Опять зима рисует на решётках,
И падает на плечи белый снег.
Судьба застыла в приговорных сводках,
Замедлив свой безумный, грешный бег.
Мы помним, как делилась наша пайка,
И те годы, что за колючкой протекли.
И как судьба неласковой нагайкой
Сгибала нас до самой до земли.

Эх, судьба, ты злодейка-дорога,
То костер, то глухая тюрьма.
У казённого в жизни порога
Слишком рано настала зима.
Разливай, пацаны, разливай понемногу,
За тех, чья погасла навеки звезда.
Помянем ушедших, помолимся Богу —
Они не вернуться уже никогда.

Пусть резкий ветер гонит по этапу,
Мы пьем до дна разлуки глубину.
Мы предпочли свою мужскую долю,
Не разменяли совесть на вину.
Мы не просили жизни побогаче,
Мы просто шли сквозь тернии к мечте.
Но карты нам раздали по-иначе,
В холодной и суровой пустоте.

Нам не вымолить в небе причала,
И не смыть эти пятна с души,
Сколько б вьюга порой ни венчала
В этой Богом забытой глуши.
Пусть снег ложится на гранит холодный,
И время лечит старые рубцы.
Будь духом сильный, сердцем — лишь свободный,
И не сжигай последние мосты.

Эх, судьба, ты злодейка-дорога,
То костер, то глухая тюрьма.
У казённого в жизни порога
Слишком рано настала зима.
Разливай, пацаны, разливай понемногу,
За тех, чья погасла навеки звезда.
Помянем ушедших, помолимся Богу —
Они не вернуться уже никогда.