Моя

Рапунцель, скорей, спусти свои косы,
За пределами башни крутые откосы,
Человечески воет кровавый прибой,
Пожирая плоть суши уже подо мной!

Через бритвенный ветер зову как безумец,
Пройдя тысячи лиг вдоль призрачных улиц!
Отвернёшься — забудешь! Отвергнешь — соврёшь!
Слушай только мой голос — обоих спасёшь.

Я взываю к тебе, не желая слыть вором,
Напугаю — рази меня громким укором! —
Разобьюсь как хрустальный, как будто был пуст
Под ударом любимых серебряных уст!

Не укрыть мне тоску, ни в плодах апельсина,
Ни в бессмертном глубинном секрете утином,
Весь продрог словно призрак, дышу не дышу...
Торопись дорогая, я очень прошу!

Ни конфетной дорожкой, ни тропкой из крошек
Не находится свет твоих кротких окошек.
Девять посохов сбил и успел потеряться...
Умоляю, найди... после можешь ругаться.

Едва только укрылся от острых зубов
Плотоядных нещадных алых цветов,
От съедения спасши чувственный остов,
Замирал и взирал: Мир это Остров,

Где визирь приказал, —"Счастье можно лишь в меру"
И, зачем-то, Весь Свет это принял на веру,
Города измеряя высотой частоколов,
А уют — по количеству толстых засовов!

Только высунешь носа — лишишься руки,
Коль не в озере слёз, так в дебрях тоски
И блуждая кругами меж двух берегов
Не сносить мне за вечность стальных башмаков!

Там где Дороти грезился дивный Канзас,
Где нет щупалец неба о тысячах глаз,
На поверку, всё — так же изысканно проклято
И гнездятся драконы за террой инкогнито!

Только-только землицы ухом коснулся,
Безразличный чертог мне грозой ухмыльнулся:
Слышу ливневый крик каждый крохотный миг,
Под ослиною шкурой скрывая свой лик.

Налетает любовницей девушка-птица,
Стоит только пригнуться из копытца напиться.
Потому я в лохмотьях" Оттого я седой!
Умоляю, спаси! — После смейся над мной!

У меня к тебе дар — то, что ты не добудешь
Даже яркой монетой диковинных чудищ,
Чьи глаза словно Круглая башня вращались —
Это фразы обетов, чтобы Мы не прощались!

В череде искажений кто-то Вечно неправ!
Но я верю в наш общий слаженный нрав —
Он сильней нас самих. Он всегда победит.
Счастье — это не сказка со сланцевых плит!