Больничный покой. глава 42

Я сново засыпаю.  Где-то рядом дышит ещё кто-то, я слышу ровное, глубокое дыхание. Тоже спит. Тоже исцеляется.

Моё тело — починенное, уставшее, новое — отдыхало. Я чувствовала его каждой клеткой. Не боль — скорее тихое свечение. Как будто внутри зажгли маленькую лампочку. Она не ослепляет. Она просто — есть. И в этом есть всё.

Я закрыла глаза.

И пришли сны.

Теперь они были другими. Не те, где я убегаю от опасности. Не те, где меня догоняют. Не те, где я падаю в бездну. Не те, где я тону в океане, который когда-то казался бесконечным и тёмным.

Теперь сны были — тихими.

Мне снилась кухня моей бабушки. Та самая, из детства. Белые занавески на окнах, старый буфет, на котором всегда стояла вазочка с конфетами. Бабушка сидит на табуретке, вяжет. Я — маленькая, сижу рядом, смотрю на её руки. Они двигаются быстро, спокойно, спицы мерцают на солнце.

— Бабушка, — говорю я. — Мне страшно.

— Чего ж тебе бояться, глупышка, — отвечает она, не поднимая глаз. — Я же рядом.

— А если тебя не будет?

Она останавливается. Кладёт вязание. Смотрит на меня — своими тёплыми, светлыми глазами.

— Я всегда буду. Просто в другой форме. А ты — живи. Радуйся. Не бойся.

Я просыпаюсь. Слёзы текут по щекам. Но это не горе — это узнавание. Я чувствую её. Она действительно рядом. Как обещала.

Потом снится берёзовая роща. Я иду по ней босиком. Трава мягкая, влажная. Солнце пробивается сквозь листву — не жаркое, ласковое. Ветер касается лица. Где-то вдалеке смеются дети.

Я не знаю, чьи они. Но мне не страшно. Я иду к ним.

А потом — я вижу себя. Со стороны. Стою на краю рощи. На мне белое платье, длинное, лёгкое. Волосы распущены. Я улыбаюсь. Не той улыбкой, которая «надо», а настоящей. Немного грустной, но светлой. Как будто всё, что было в жизни — и плохое, и хорошее — осталось позади, переварено, принято. И теперь я — просто иду дальше.

Вдруг на поляну выходит олень. Красивый, огромный, с ветвистыми рогами. Он смотрит на меня — и в его глазах я не вижу страха. Только спокойствие.

— Здравствуй, — говорю я ему.

Он кивает. И исчезает за деревьями.

Я иду дальше.

Больше не бегу. Не ищу спасения. Не жду, что кто-то придёт и спасёт меня. Я просто — иду. Тихо. С достоинством. С благодарностью.

Я не знаю, сколько прошло времени. Час, два, вечность. Но внутри — покой. Настоящий, глубокий, как тот океан, который мне снился раньше. Только теперь он не штормит. Он просто есть. Бесконечный. Синий. Тихий.

Раньше в моих снах всегда был страх. Я бежала, пряталась, спасала, падала. Моё подсознание было полем битвы. Я боролась даже во сне.

Теперь я просто сплю.

И вижу мир без угроз.

Я слышу, как за стеной включили свет. Кто-то говорит шёпотом. Наверное, привезли нового пациента. Или сменилась смена. Я не открываю глаза. Я просто лежу и слушаю, как бьётся моё сердце. Новое. Починенное. В котором больше нет ненужных дыр, за которые я цеплялась годами.

Есть только ритм.

Жизнь.

Ночь прошла.

Наступило утро — я чувствую это по свету, который пробивается сквозь веки. Где-то запела птица. Потом другая. Потом третья.

Я открываю глаза.

В окно видны берёзы. Те же самые. Или другие. Неважно. Они есть. И я есть.

Я улыбаюсь.

Но сейчас, в эту минуту, я просто дышу. И чувствую. И знаю: всё, что нужно было сделать, я уже сделала. Всё, что нужно было отпустить — отпустила. Всё, что нужно было понять — поняла.

Сны больше не пугают.

Страх больше не управляет мной.

Я — жива.

И это — самое большое ЧУДО.