У стоматолога

Её болотные глаза в мерцаньи маски плексигласа,
Божественно  но сквозь меня, смотрели с высоты Парнаса.
Они Сиренами влекли, как Одиссея, всё колдуя...
И в ложе я её шагнул с открытым ртом для поцелуя.
 
Я широко его открыл, она сама ведь так просила,
И силикон к губам моим для целованья прикрепила.
Рукою правой  заводя мне зеркальце в безмолвной  речи,
Рисунок детский обнажив на мягкой белизне предплечья.
 
Как много я хотел сказать в минуту томного желания:
«Что одинок, что грешен я, что Бог нас свёл ради страданья…
Что вы возвышены, нежны, как врач, вы для меня желанны -
Прошу меня не отдавать  на растерзанье Маркаряну».
 
Больного  бедного - он злой, он пальцем тычет в мои дёсна.
С акцентом южным говорит: «Уйдёшь довольным ты, серьёзно!»
Ах, Боже мой, ну где найти мне женщину, чтоб в рот смотрела,
Ценила силу красоты, молчала и от мужа млела!

Елене Викторовне с большим уважением!