Закрываю глаза только с первым азаном,
Перестал читать новости из Тегерана,
Караван всё равно идёт с запада на восток,
И баши делает бремя глоток.
А Оливер разбился на том краю света,
Худшее начало, худшего сезона — лета,
Оплакивать не скупо, а с чувством, толком,
Вытирая пресные слёзы стамбульским шёлком.
На Босфоре протяжно-траурно стонет ветер,
Превращая обычный июньский вечер
в скованность воскресного Султанахмета, паралич толпы,
И бездумное хождение по садам Топкапы.
И солнце печёт, и черный таракан норовит убежать под шаг,
Захватывает тело (сигнализирующее тремором) перед абсурдом страх,
Утопая в бескрайнем пространстве, в византийских стенах,
Усталость-деспот коренится в глазах.
Мучительный путь, когда солнце в зените —
Пройти весь Фатих, не потратив и лиры,
Всегда на спуск, но в конце на подъем,
Трудно когда один, но тяжелее вдвоём.
С первым азаном. Оливер
© Copyright: Ричард Кауфман, 2026
Свидетельство о публикации №126061600379
Свидетельство о публикации №126061600379
Рецензии
