Детства шаль

Я вспоминаю часто лето детства —
Черника с земляникой в молоке
В тарелке белого фарфора, по соседству
Ломоть ржаного хлеба на столе.

Вкуснее нет — я в этом убеждалась,
Когда бабуля ягоды дала,
И это в вехах памяти осталось, -
С собой из детства это забрала.

Картины предстают так ярко снова:
Фарфор с цветком, в нем ягод круговерть,
От налитого молока парного,
И ложкой я творю «земную твердь».

Я вспоминаю комнату за печкой,
Где стены пахли смолкой и теплом,
Где бабушка, склонившись как над речкой,
Мне пела, шерстяным укрыв крылом.

«Что стоишь, качаясь, тонкая рябина,..» —
Пела она тихо, гладя косу мне, -
«Головой склоняясь до самого тына…» —
И вот незаметно я уже во сне.

Помню куст я чайной розы белоснежной
За изгородью слева у калитки,
Когда в свой первый класс, в сентябрь неизбежный,
С букетом этих роз я шла, а дождик сыпал нитки.

Клубника летом спела у колодца,
Над погребом склонялись ветви вишни,
И я с проворностью канатоходца
Кралась туда, бравируя излишне.

Роняя щедро спелый сок в траву,
Срывала ягоды я маленькой рукою.
И солнце радовалось детству моему, -
Как хочется мне снова стать такою.

Обнять Антоновки пять яблонь в старом саде,
Их ветви гнулись, полные плодов,
В них солнце пили осы в анфиладе
Из кроны листьев,  жаждущих ветров.

Вобрать в себя все запахи и звуки,
Что детством называем мы потом,
Когда протянем ночи, дни и муки
От взрослой жизни в веке прожитом.

О сколько с детством связано благого,
Солнечного, доброго, как на ночь поцелуй!
Воспоминания — как шаль, что снова
Окутывает душу: «Приди и не тоскуй».

В ней время нет, покой и тишина,
Та самая, что только  счастье дарит,
Где бабушкина песня, что слышна
Из глубины избы — и беды тают.

Как радует, что это в моей жизни было,
Что есть куда вернуться в самый хмурый час,
Что сердце эту шаль не позабыло
И в каждом дне мне шепчет: «Ты у нас».

15 июня 2026 года