Яков Карлович Грот. Русская орфография

С 1840 года — профессор Императорского Александровского университета, с 1858 года — академик, с 1889 года — вице-президент Императорской Санкт-Петербургской академии наук. Действительный тайный советник (1890)


В 1841 году получил назначение профессором русской словесности и истории при Императорском Александровском (Гельсингфорсском) университете; лекции читал на шведском языке. По поручению университетского Совета организовал отдельную русскую библиотеку.


В декабре 1852 года был избран в члены-корреспонденты Императорской Академии наук и в начале следующего года переехал в Петербург. Занял должность профессора словесности в Царскосельском лицее и, одновременно, был назначен преподавателем словесности немецкого языка, истории и географии к сыновьям цесаревича (впоследствии императора) Александра Николаевича: великим князьям Николаю и Александру Александровичам. В декабре 1865 года был избран в члены-корреспонденты Русского археологического общества. В 1869 году был признан Советом Санкт-Петербургского университета доктором русской словесности honoris causa


В 1858 году был утверждён академиком Императорской академии наук, а в октябре 1889 года — вице-президентом академии.



Известен своими работами в области русской орфографии.
 В работах «Спорные вопросы русского правописания от Петра Великого доныне (1873)» и «Русское правописание» (справочник, выдержавший 22 издания в 1885—1916), сформулировал основные принципы правописания — фонетический и историко-этимологический — а также предложил нормы русской (дореформенной) орфографии, по которым его пособие было наиболее авторитетным вплоть до реформы 1918 года, хотя не все его орфографические предложения в этот период соблюдались реально (например, написание вядчина вм. ветчина, діэта вм. діета).
 
Работы Грота считаются первым теоретически обоснованным сводом правил русской орфографии. В них содержатся замечания о морфологической роли русского ударения.


Был также выдающимся лексикографом, начал издавать «Словарь русского языка» нормативного типа (вышло начало, буквы А-Д, 1891), занимался словарём и стилем отдельных писателей («Словарь к стихотворениям Державина», 1883), основал картотеку словарного сектора Института русского языка РАН.

Его труды неоднократно печатались в журналах «Филологические записки», «Русский филологический вестник».



Общие принципы, которыми руководствовался Грот, можно сформулировать так:

    Письмо изменяется не по теории, а под воздействием множества факторов, иногда разнонаправленных.
    Изменение письма можно и должно направлять, корректировать.
    Особенно требуется вмешательство, когда появляется два способа написания одного и того же слова.
    К ошибкам и разнонаписаниям надо подходить без «педантизма». Ошибки в школе надо делить на грубые и негрубые, объяснимые с языковой точки зрения.
    Изменения следует проводить постепенно, не меняя основ письма.
    Успешность работы устроителей письма зависит от авторитетности науки.

В своих трудах Грот стремился найти баланс между этимологическим (историческим) и фонетическим принципами, руководствуясь при этом позицией «здравого смысла» и сложившейся традицией («обычаем»).

Одним из важных достижений Грота стала кодификация написания буквы ы после приставок на согласную. До этого некоторые грамматики предлагали на стыке приставки и корня писать сочетание ъи (предъидущій, безъимянный). Грот узаконил современное написание ы (предыдущий, безымянный), объяснив это тем, что ы является сокращенным вариантом сочетания ъи. Единственным исключением стало слово взимать.

Грот также упорядочил написание о/ё после шипящих и ц. В частности, он установил, что после шипящих о пишется в корне в открытых слогах (шопот, шорох), а ё — в закрытых (жёсткий, шёлк). После ц в окончании под ударением пишется о (лицо, кольцом), без ударения — е (зеркальце, перцем).



В отношении заимствованных слов Грот придерживался принципа «начертание не должно быть противно выговору».

Он отмечал, что в «обрусевших» словах удвоение согласных часто пропадало, но считал, что в целом «удвоение не противно народной фонетике». Грот рекомендовал ограничить, но не полностью исключать двойные буквы в поздних заимствованиях, особенно после ударной гласной (сумма, колонна). При этом благодаря Гроту слова офицер и официальный стали писаться с одной ф.

Грот также предложил ввести в алфавит буквы й и ё на равных правах с другими буквами. Хотя сами буквы не были официально введены в алфавит при его жизни, его предложение стало шагом к их признанию.

В вопросе слитного или раздельного написания (например, наречий) Грот призывал руководствоваться сложившейся традицией, допуская раздельное написание в сомнительных случаях. Он понимал, что не всё можно описать строгими правилами и значительная часть написаний подчиняется традиции и словарной норме.
«Гротография» глазами современников и потомков

И русское общество в целом, и филологические круги привыкали к «гротовской» орфографии с трудом, многие его предложения оспаривались.

Грот зафиксировал многие написания, которые уже не соответствовали живому произношению и языковому чутью носителей языка. Например, сохранение твердого знака на конце слов после согласных, ятя (;), фиты (;) и ижицы (;) воспринималось многими как излишнее усложнение, поскольку ъ не произносился в этой позиции, а другие три буквы в произношении уже не отличались от е, ф и и.

Общественное восприятие дискуссий вокруг новшеств нашло отражение в литературе. В рассказе Чехова «Въ Парижъ», написанном в разгар споров, показана реакция учителя Лампадкина на «новую грамматику Грота», которая передает отношение многих преподавателей: «Стыдъ! Срамъ! ... Гротъ доказываетъ еще ту теорію, — бормоталъ педагогъ, — что ворота не средняго рода, а мужескаго. <…> Значитъ, писать нужно не красныя ворота, а красные... Ну, это пусть онъ оближется! Скор;й въ отставку подамъ, ч;мъ изм;ню насчетъ воротъ свои уб;жденія».

Хотя Грот сделал шаг вперед по сравнению с прежним хаосом, очевидная сложность правил и наличие архаичных элементов впоследствии привели к реформе 1917–1918 годов.



 Судьба нововведений Грота в области правописания сложилась по-разному.

Некоторые решения опередили свое время (как в случае с буквами ё и й, которая сегодня называется «и краткое» именно с подачи академика); некоторые были забыты (например, написание вядчина вместо ветчины, а также идея ввести особую букву ; для передачи французского eu и немецкого ;).

И все же во многом Грот вывел правописание на ту дорогу, по которой пошли следующие поколения кодификаторов. Как отмечал Виктор Владимирович Виноградов, Грот положил начало «официальной орфографии в России», внеся «стройный порядок в орфографическую путаницу и разноголосицу предшествующего периода».

Последующая орфографическая работа отечественных филологов, деятельность орфографических комиссий, включая ту, что подготовила «Правила русской орфографии и пунктуации» 1956 года, стала во многом продолжением начатого им дела. Грот сформулировал основные принципы нормализации, которые позже были развиты и обоснованы главой орфографической комиссии АН СССР Сергеем Петровичем Обнорским. И Грот, и позднее Обнорский видели будущее орфографии не в радикальных реформах, а в постепенных, «частных» изменениях.


Кодификатор — это структурированный документ, содержащий систематизированный перечень требований, тем, терминов или нормативных актов. В образовании (ЕГЭ/ОГЭ) это официальный список элементов содержания, которые проверяются на экзамене, а в делопроизводстве — справочник для систематизации баз данных


В образовании: Это официальный список от ФИПИ, в котором каждая тема или проверяемый навык имеют свой код. Он служит дорожной картой для подготовки к экзаменам

ФИПИ (Федеральный институт педагогических измерений) разрабатывает официальные списки для подготовки к ОГЭ и ЕГЭ. В зависимости от вашего предмета вам понадобятся различные нормативные материалы.