Баллада о черном колдуне

Жил в чаще леса, средь седых болот,
Владыка тьмы, заклятый чародей.
Он ворожил и изводил народ,
И не было на свете чародея злей.

В его чертогах, где клубится мгла,
 Где пауки плетут узоры по углам,
Костлявая рука всегда могла
Сгубить того, кто шел навстречу снам.

Он ведал тайну мертвых языков,
Черти он руны вскользь на валуне.
И из могил, из вековых оков,
Вставали тени в мрачной тишине.

Однажды в ночь, когда луна была
Багровой, как запекшаяся кровь,
К нему пришла прекрасная княжна,
Чтоб снять с отца проклятую любовь.

«Верни мне батюшку, исчадье зла!
Сними с него твой страшный, черный гнет!»
Но он лишь рассмеялся: «Ты б взяла
Твой род под власть. Никто не ускользнет».

Он поднял посох, увенчанный клыком,
И прошептал слова запретных книг.
И грянул гром над старым потолком,
И вспыхнул в зале погребальный блик.

Но дева не склонилась пред бедой,
Из складок платья вынув острый меч.
«Ты властен над бездушною толпой,
Но дух мой ты вовек не сможешь сжечь!»

Взметнулось пламя, рухнул древний свод,
И дрогнул замок в первобытной мгле.
Колдун исчез. И много лет народ
Не слышал воя в этой дикой тьме.

Лишь говорят, что в бурю, в страшный час,
Когда от страха леденеет кровь,
Мы видим тень его меж старых пней
И слышим шепот мертвых языков.