Тридцать дней весны

Есть старый сказ: когда весна
Снимает иней с древних башен,
Приходит бард из полусна —
Красив, беспечен и бесстрашен.

Он знает тысячи баллад,
Где боги спорят над судьбою,
И ловит каждый скромный взгляд,
Чтоб унести его с собою.

Я тоже верила тогда,
Когда под звёздами впервые
Твоя счастливая звезда
Зажгла во мне миры иные.

Мне чудилось: сквозь тьму веков,
Сквозь все пророчества и были,
Нас привели на этот зов
Те силы, что миры творили.

Но у легенд суровый нрав,
Их суть темна и сокровенна:
Не каждый путник будет прав,
Оставшись в храме непременно.

Ты был не лжив и не жесток,
Не знавший страха и печали.
Ты просто слышал зов дорог,
Оставив дом, забыв причалы.

Ты не меня не полюбил —
Теперь я это понимаю.
Ты просто гостем редким был
Внутри ухоженного рая.

Ты создан для чужих костров,
Для сцен, трактиров и скитаний,
Для недосказанных стихов
И бесконечных расставаний.

А я искала тихий свет,
Очаг под сводом старой залы,
Где люди через много лет
Хранят любовь, как в дни начала.

И потому не суждено
Нам было стать одной легендой.
Но было чудо всё равно —
Пусть кратким, хрупким и мгновенным.

Спасибо, странствующий бард,
За эту нежность без возврата,
За взгляд, что ярче мириад,
За всё, что кончилось когда-то.

За то, что сердце, как клинок,
Прошло огонь и стало крепче.
За то, что ты прийти помог
К самой себе дорогой встречной.

Теперь закрыт старинный том.
Допета песня. Гаснут свечи.
И только ветер за окном
Уносит музыку далече.

Пусть он хранит её вдали,
Где путь теряется во мгле.
Ведь всё, что сделать мы смогли,—
Оставить тридцать дней весне.