Русалки между страхом и восхищением

Русалки: между страхом и восхищением.

Русалки — одни из самых загадочных существ славянской мифологии. На севере их представляли как косматых, уродливых старух с выпученными глазами и длинными руками. На юге же — как прелестных девушек в белых одеждах, которые могли приносить удачу и защищать дом. На фасадах избы даже вешали резные обереги с их изображением.

Но, как бы ни различались эти образы, во всех версиях русалки вызывали одно чувство — тревожное. Ведь встретить их считалось дурным знаком.
От богини до призрака воды
Образ русалки — не просто славянская выдумка. Его корни уходят в глубь тысячелетий. Ещё в античных хрониках встречаются рассказы о существах, наполовину женщинах, наполовину рыбах. Древнеримский историк Плиний Старший упоминал найденные на берегах тела «наяд», а в китайских рукописях есть описания морских существ с человеческими лицами. Даже Христофор Колумб, по его записям, утверждал, что видел «женщин-рыб» во время плавания.
Пращуром всех водных дев считают сирийскую богиню Атаргатис. По легенде, она влюбилась в смертного, но, не выдержав позора, бросилась в озеро и превратилась в рыбу. Город Урфа, как гласит предание, был основан в её честь. От образа Атаргатис впоследствии произошли Афродита и греческие сирены — певицы, чьи голоса губили моряков.
Русалка и “русский”: есть ли связь
Несмотря на внешнее сходство слов, “русалка” и “русский” не имеют ничего общего. Лингвисты утверждают, что название происходит не от народа, а от древнего слова, связанного с реками и водой.

Ещё в XIX веке этнограф Иван Снегирёв предположил, что термин пошёл от древнего «росс» — так называли священные реки. Следовательно, «русалка» означала буквально «речная дева».
Позже этот образ обогатился заимствованиями из Европы. После сказки Андерсена «Русалочка» в массовом сознании русалки окончательно слились с морскими девами, имеющими хвост. Хотя изначально у славянских водяных существ не было рыбьих признаков.
Какими были русалки у славян?
Источник: pinterest
Славянские русалки — это не морские красавицы с хвостами, а духи рек, озёр и лугов. Они жили в воде, но летом, по поверьям, выходили на сушу, плели венки и качались на ветвях берёз — деревьев, считавшихся «русальными».

На севере их видели как опасных, мстительных старух; на юге — как светлых, почти ангельских девушек. В любом случае, они были существами переходными, стоящими между миром живых и мёртвых.
Русалка в славянской культуре ближе к категории «птиц-дев» — вроде сирин и алконостов. Пушкинская фраза «русалка на ветвях сидит» — не поэтическое преувеличение, а отголосок древнего представления: эти создания могли не плавать, а парить, словно птицы.
От сирен до мавок: как образы переплелись
Источник: videouroki.net
Многие исследователи считают, что образ славянской русалки тесно связан с античными сиренами. В древнегреческих мифах те тоже были наполовину птицами, а не рыбами, и пленяли путников своим пением. Позже, в эпоху Возрождения, сирены «сменили» перья на хвосты, а их прототип перекочевал в европейскую живопись.
На русских вышивках можно увидеть схожие мотивы — птиц с женскими лицами, держащих в руках цветы. Эти узоры, по сути, продолжали ту же традицию. Русалки-птицы, сирины, ундины, наяды — всё это вариации одного мифа о женском существе, стоящем между красотой и смертью, добром и соблазном.
Русальная неделя: время, когда нельзя было купаться
В народном календаре существовало особое время — Русальная неделя. Первая приходилась через неделю после Пасхи, вторая — перед Троицей. Считалось, что именно тогда русалки выходят на берег.

Люди избегали рек и прудов, потому что верили: в эти дни водяные девы утягивают под воду каждого, кто рискнёт купаться.
Современные учёные видят в этом практическое объяснение: весной вода ещё слишком холодна, и купание действительно могло закончиться трагедией. Поэтому старшие пугали молодёжь рассказами о русалках, чтобы уберечь её от беды.
Как умилостивить речных дев
Наши предки верили, что с русалками можно договориться. Вода для них — живая стихия, а русалки — её хранительницы. Чтобы задобрить их, в реки бросали яркие ленты, куски ткани или холсты — «одежду», которой у речных духов не было.

Считалось, что русалка, одарённая с уважением, приносит удачу, защищает дом, помогает девушкам найти жениха. А вот обидевший её человек рисковал навлечь несчастья.
Именно поэтому в старину изображения русалок украшали фасады домов — как обереги. Они символизировали чистоту, плодородие и защиту от злых сил.
Миф, переживший тысячелетия
Источник: pinterest
Русалка — одно из тех созданий, которые изменялись вместе с культурой. От богини Атаргатис до пушкинской девы-птицы, от страшной утопленницы до героини сказок и мультфильмов — этот образ живёт, потому что соединяет в себе две вечные темы: страх перед стихией и восхищение ею.
Для наших предков она была напоминанием о том, что человек должен уважать природу, не переходить её границы.

Для нас — это уже скорее поэтический символ: прекрасное и опасное, живое и мифическое, отражение самого человека, стоящего между добром и тьмой.
А вы верите, в русалок?

В 19 веке рыбак спас жизнь русалке, и та сделала ему подарок. Легенда семейства Саттон из Новой Зеландии

Житель Новой Зеландии Лукас Саттон поделился удивительнейшей историей, которую передают из уст в уста уже несколько поколений в роду Саттонов. В 1821 году Чарльз прибыл на побережье Новой Зеландии в желании поселиться тут и основать здесь свой дом. Он был рыбаком. И когда обосновался на этих землях, стал заниматься рыболовным промыслом. Это и его самого кормило, и приносило доход, ведь европейцы к тому времени уже активно заселяли территории Новой Зеландии.
Эта история интересна тем, что у неё есть материальное доказательство. То есть события, сведения о которых Саттоны бережно передают от поколения к поколению, могут иметь под собой реальные факты. Итак, в начале 19 века британцы братья Саттоны отправились в Новую Зеландию. Жить там было опасно, так как маори отчаянно боролись с европейцами. Но удавалось договориться с ними и спокойно существовать.
Одними из таких «дипломатов» и были предки Лукаса. Они обосновались на территории современного региона Окленд на побережье Северного острова. Рыболовецкий промысел пусть и не сделал их богатыми, но позволил вполне достойно жить в чужих землях. И чем больше европейцы заселяли Новую Зеландию, тем сильнее возрастал интерес к продукции Саттонов. Дела пошли в гору, и пришлось открывать для себя новые места промысла.
Однажды Чарльз отправился в море в одиночку. Брат занимался сделкой и должен был заключить выгодный контракт на рекордное для Саттонов количество рыбы. В итоге переговоры завершились успешно. Оставалось лишь наловить рыбы и, как говорится, дело в шляпе. В тот день погода стояла прекрасная, и всё указывало на успешный улов. Мужчина закидывал сети и вытаскивал полные рыбой. В какой-то момент он забросил их и решил перекурить.
Когда настало время доставать, сети оказались очень тяжёлыми. Чарльз подумал, что это великолепный улов, но как выяснилось, рыбы там не было. Он вытащил испуганную девушку и небольшого малыша. Они пытались выбраться и издавали неприятный звук, похожий на свист. Мужчина настолько оторопел, что не сразу сообразил, как ему действовать. В итоге пришлось порвать одну из сетей, чтобы непонятные обитатели местного моря оказались на свободе.
Саттон опешил от своего улова.
Это была первая встреча Чарльза с этими существами. Второй пришлось ждать три года. Когда поселение на побережье разрослось в настоящий рыболовецкий посёлок, опытные рыбаки стали расставлять сети в тех местах, куда заплывала рыба. Так в одну из сетей Саттона угодила небольшая девочка с ластами вместо ног и сросшимися пальцами на руках. Кроме этого у неё имелись длинные зелёные волосы и небольшие наросты на спине, локтях и ногах.
Зная о том, что русалку можно хорошо продать, Чарльз совершил настоящий подвиг. Он осмотрел попавшее в сети существо. А затем заметил, что рядом плавает взрослая особь. Ему показалось, что это была та самая пара, которую он поймал три года назад. Понимая это, мужчина не мог поступить иначе, как помочь выбраться бедняжке на свободу. Сделав это, рыбак проводил взглядом пару, которая тут же удалилась в глубины моря.
Но, как оказалось позже, это был не конец истории. В следующий выход Чарльза в море к борту его судна подплыла взрослая русалка и протянула в своей руке загадочный предмет – невероятной красоты кольцо из сине-голубого камня. Оно словно состояло из самой морской воды. Мужчина был тронут до глубины души. Изделие столь искусно выполнено, что можно было разглядеть накатывающуюся волну и пенящуюся воду.
Изысканный подарок.
С тех пор этот дар сохраняется в семье Саттонов. Но что беспокоило Чарльза – из-за серьёзно возросшего количества людей эти существа были вынуждены покинуть обжитое морское мелководье и убраться куда-то в другое место. Он понял для себя всю пагубность влияния людей на море.
И знаете, что он сделал? Он отказался от рыболовецкого промысла. Продал дом и купил другой в глубине острова. С тех пор Саттоны разводили скот и птицу, а кольцо, как напоминание о некогда живших русалках, остаётся семейной реликвией.

 
Раскрыт секрет обезьяны-русалки из Японии

Когда-то древние японцы сыграли с современными японцами очень смешную шутку. Потому что не удосужились объяснить, что это за гибрид русалки и обезьяны они положили хранить в храм Эндзюин, который был построен в 838 году нашей эры.
Ученым на время разрешили забрать реликвию в институт
Что за обезьяно-русалка, вы что там – сумасшедшие все?
Это такая мумия с головой обезьяны и пятипалыми ручками, но от спины начинается чешуя. На протяжении десятилетий маленькая почерневшая мумия была источником загадок для священников японского храма. Все думали, что она тут с момента построения храма.
Для поколений верующих 30-сантиметровое тело обезьянорусалки было таинственной и причудливой частью храма — до прошлого года.
Хранится в личной удобненькой колыбельке
Ученые наконец выяснили, что на самом деле представляет собой мумия. С помощью компьютерного томографа исследователи узнали то, что все эти годы держалось в секрете.
Что же это оказалось?
Ученые из Университета науки и искусств Курасики в префектуре Окаяма решили определить, какое животное содержалось под этими мумифицированными обертками. Результаты их исследования были объявлены на прошлой неделе:
Мумия ИЗНАЧАЛЬНО НИКОГДА не была животным, это был просто объект искусства.
Веди себя в обезьяно-томокрафе хорошо, обезьяно-русалка!
«Основываясь на нашем анализе и истории создания мумий в Японии, мы можем только заключить, что мумия русалки была создана человеком», — сказал палеонтолог Такафуми Като.
Ну, все подозревали, что это просто очень искусно пришили куски чего-то с чешуей к обезьяне. Но оказалось, что нет!
Очень тщательное исследование томографом показало, что это плотный сильно состарившийся материал из бумаги, ткани и хлопка. Рентгеновские снимки показали, что у мумии отсутствовали основные кости скелета, такие как позвоночник, кости головы и ребра.
Жуть какая, а ведь по всей Японии много таких наделали, так что все думали, что это реальные животные
Выходит, это просто игрушка их папье-маше?
Нет, рыбья часть все же настоящая. Ее как раз пришили к фигурке из бумаги. Скорее всего это была большая плотоядная рыба, насколько удалось восстановить. А коже скорее всего сделана из чешуи рыбы фугу.
Оказалось, что русалко-обезьяна была сделана в конце 1800-х годов. Хотя исследователи не сказали, почему была изготовлена такая жуткая кукла и кто за это ответственен. Вероятно, она имела отношение к мерфолкам, которые в Японии датируются восьмым веком и впервые упоминаются в «Нихон Сёки».
Не, ну вот это уже РЕАЛЬНО ИСКУССТВО. Пупочек какой
В книге описываются события, которые предположительно произошли примерно в 619 году нашей эры, когда рыбак поймал в реке существо, которое не было ни рыбой, ни человеком.
Дюжина других мумий русалок, помимо мумии в храме Эндзюин, была найдена по всей Японии. Но мумия в префектуре Окаяма была первой, которую тщательно исследовали.
Люди изготавливали эти артефакты со времен Эдо (1603-1868), когда свирепствовали такие оспа и корь. Считалось, что встреча с этими редкими существами принесет удачу. И если их не существует, судьбу можно обмануть и подделать созданеи из моря.
Монахи выпендриваются, чья обезьяно-русалка круче и больше
Хотя ученые прояснили состав мумии, главный священник храма Козен Куйда заявил, что она будет продолжать храниться в храме как особый символ тысячелетнего храма. К ней уже тут все привыкли, знаете ли.
Разочарованы? Или так даже забавнее? Мне понравилось, что это не мумия обезьяны, а кто-то века водил нас за нос идеальной игрушкой из папье-маше.

Кстати, Ариэль - вообще-то не русалка. У русалок никогда не было хвостов

Да, мы все привыкли называть огневолосое морское создание из диснеевского мультика, отдавшее хвост за человеческие ножки ради любви к прекрасному принцу, русалочкой. Но если разобраться, то такое название не соответствует ни славянскому, ни европейскому фольклору.
Как называется мультфильм про Ариэль в оригинале, помните? "The Little Mermaid". В буквальном переводе это означает "Маленькая морская дева".
И если мы посмотрим на оригинальное название сказки Андерсена, то там тоже нас ожидает вовсе не русалочка. Датский сказочник озаглавил историю о безымянной жительнице подводного царства вот так: "Den Lille Havfrue". Что опять же означает: "Маленькая морская дева".
Да, сейчас принято переводить английское Mermaid и датское Havfrue именно словом "русалка", но знак равенства между этими сверхъестественными существами был поставлен только в 1899 году произволом одного-единственного человека - Анны Ганзен. Но об этом чуть позже...
В чем вообще разница между одними и другими?
Морская дева - это персонаж европейского фольклора. Она живет в море и у нее рыбий хвост вместо ног. Легенд о морских девах множество, особенно у народов, обитающих по берегам Балтийского и Северного морей. Включая, разумеется, датчан. Именно из этих легенд Андерсен позаимствовал образ своей маленькой Havfrue.
Русалка - это персонаж славянского фольклора. Это девушка, которая живет в реке, у нее длинные распущенные волосы, бледная кожа. И никакого рыбьего хвоста. По виду она ничем не отличается от обычной девушки. Получаются русалки из утопленниц.
Рассказов о русалках у славян великое множество. И везде это именно девушки, выходящие из рек на берег, заманивающие и утаскивающие в воду парней. Они, кстати, любят танцевать ночами на полянах и среди деревьев, растущих у воды. А еще они любят залезать на ветви и качаться. Об этом тоже много историй.
Не случайно Пушкин, великолепно знавший русский фольклор, в знаменитом предисловии к поэме "Руслан и Людмила" упомянул русалку на ветвях. Он имел в виду как раз славянскую русалку-утопленницу, а вовсе не морскую деву с хвостом.
Тут стоит напомнить еще об одном пушкинском произведении - неоконченной поэме "Русалка". Читали ведь в детстве? На чем там все обрывается? Правильно, вот на этом фрагменте:
(Русалочка выходит на берег.)
Что я вижу!
Откуда ты, прекрасное дитя?
Понятно, что выходит она на берег своими ногами. Тем более, что по тексту нам прекрасно понятно, кто она такая. Это утонувшая внучка мельника.
А знаменитую картину "Русалки" Крамского, написанную в 1871 году, вы помните? Вот эту:
Она висит сейчас в Третьяковке. И на ней прекрасно видно, как выглядели русалки в славянском фольклоре. Никаких рыбьих хвостов у них нет и никогда не было. В отличие от европейских морских дев.
Так почему же мы теперь называем морских дев русалками? А вот тут нам надо вернуться к Анне Ганзен.
Подобрать славянский аналог
С произведениями Ганса-Христиана Андерсена русский читатель познакомился еще в 1868 году, когда в свет вышло собрание его сочинений, переведенное женской издательской артелью Трубниковой и Стасовой. Но в этом собрании были далеко не все сказки. Сказка "Den Lille Havfrue" туда не вошла, например.
Ее на русском языке читатель впервые увидел только в 1894 году, когда вышло новое издание Андерсена. На этот раз перевод был выполнен супругами Ганзен, который на сегодняшний день считается классическим. Именно в переводе Ганзенов мы сейчас знаем подавляющее большинство андерсеновских сказок. Включая "Русалочку".
Однако тут есть один нюанс.
"Русалочка" у Ганзенов в первом издании так не называлась. Она вышла под заголовком "Морская царевна". И это было совершенно логично, им поначалу и в голову не пришло смешать двух совершенно разных персонажей - датскую морскую деву и славянскую речную русалку. Ганзены отлично знали датский язык и датский фольклор, поэтому "Den Lille Havfrue" они перевели на русский язык как "Морская царевна".
Анна Васильевна Ганзен
Но в 1899 году Анна Ганзен затеяла переиздание этого сборника. К этому моменту она твердо пришла к мысли о том, что нужно максимально приближать иностранные реалии к отечественному читателю. Это она, например, придумала переименовать андерсеновскую Томмелизу (имя, происходящее от датского слова Tommel - большой палец) в Дюймовочку. В дореволюционной России дюймы были в ходу, так что читателям это было понятнее, чем какая-то Томмелиза.
И с русалочкой произошла схожая история. Анна Ганзен подыскала в славянском фольклоре наиболее близкий аналог и переименовала "Морскую царевну". Ее задумка оказалась настолько удачной, что вскоре только так эту андерсеновскую героиню у нас и называли.
Более того, андерсеновская русалочка (бывшая морская дева) стала популярнее в нашей стране, чем славянские истории про русалок. Настолько популярнее, что теперь при слове русалка нам представляются именно европейские морские девы с хвостами. И даже в пушкинском Лукоморье художники зачем-то изображают именно морскую деву на ветвях вместо бледной девицы с ногами...
_________________________________