Повинное

Ну, что все приуныли?
Это я?
Конечно. Каюсь. Точно. Виновата.
Попала мне под мантию шлея,
и перестала воспевать закаты.
Тут домовой, с утра опять  приняв,
строчит усердно лешему доносы,
что не желает больше знать меня:
мол, ренегатка — перешла на прозу.
Разбойник разудалый Соловей
в затылок целит — из  сучка рогатка.
А я, хотя и сказочных кровей,
всё понимаю — не блюду порядка.
И волшебства законов не блюду, —
а там, известно, строгие законы.
Вот раньше — сочиняла на ходу —
пясали фавны, гномы, лепреконы.
Русалочки сверкала чешуя
сиренево-зелёным перламутром.
Но вдруг взялась под мантией шлея
на радости кикиморам - лахудрам.
Но я клянусь  на ворона пере,
что точно не  забыла про Купалу.
Попала в мир людей, а тот сдурел,
Ох, братцы! Как я там устала!
Давайте, зло не будем вспоминать,
не обижайся, Лихо одноглазо!
Мы снова  будем сказки сочинять,
но иногда и про людей рассказы.