Футурологический конгресс Станислава Лема

 Футурологический этюд о «крысах»
Рецензия на повесть Станислава Лема «Футурологический конгресс» (2026)
 
Я не буду приводить тут определения, что такое Виртуальная реальность, Постправда и Фейк, дабы не раздувать объем, скажу только, что Постправда, заполнившая сегодня буквально все информационные каналы (к сожалению, не только новостные) и есть самая опасная виртуальная реальность, которая позволяет виртуозно манипулировать общественным мнением и мышлением.
В первые я прочёл замечательный Конгресс, буквально нашпигованный уникальным фирменным лемовским юмором (это действительно очень смешно) наверное  в 1987 году, когда папин друг, который снабжал меня подростка фантастикой, принёс мне журнал Иностранная литература, номер, посвящённый фантастике. Я тогда ещё не понимал и не знал,  кто такой Лем, но из всего номера запомнил эту повесть и рассказ Роберта Шекли. Особенно классно читать Лема повторно, когда уже по тексту ты начинаешь осознавать к чему именно он клонит.
Повесть «Футурологический конгресс», вместе с «Убиком» Филиппа Дика и «Generation P» - это пока лучшее, что я читал о философии и феномене виртуальной реальности.

Увы, но Лем полностью угадал наше теперь уже настоящее, в котором мы все живем. Угадал на все 200 процентов!!! Мы сейчас обитаем внутри целого ряда виртуальных реальностей, то есть ложных действительностей, созданных искусственно людьми.  Мы живём в мире, где ложью может оказаться буквально, начиная с женских прокладок, которые не впитывают, и заканчивая президентом государства, который может быть просто мультом, сфабрикованным ИИ. А где-то посерёдке находятся наши ценности, типа совести, свободы, справедливости…бога... добра и зла, которыми также легко можно манипулировать, как и всем остальным. Все это в любое время может превратиться в ложь. И самое страшное, что сами Истина и Ложь, перестали быть аксиомами и превратились в величины переменные. То, что сегодня истинно, завтра может оказаться ложью, а послезавтра  опять правдой. Человечество в результате информационной  революции буквально захлёбывается в потоке мутной постправды - некой смеси из правды и лжи. Мы не можем сказать, что это полностью правда и полностью ложь, это где-то посередине.
Да в том и дело, что не надо никакой химии, как у Лема, всего лишь информационная революция, которая открыла воистину безбрежные возможности для манипуляции нашим сознанием и нашей реальностью…  и иллюзия или галлюцинация постправды и выглядит намного краше и убедительней, чем обычная серенькая правда.
Да методы разные, однако, сбывается всё один в один, настоящая реальность надёжно скрыта от нас, более того, что не учёл Лем, современному человеку предлагается ещё  и иллюзия выбора. Он волен выбирать в какою именно модель лжи ему верить, и эти модели весьма кардинально отличаются друг от друга, но они все не имеют ничего общего с истинной реальностью. Отсюда возникает самая опасная иллюзия обывателя, ему постоянно кажется, что именно он в отличие от других обладает истинным знанием, что происходит в мире, что именно он знает правду о вещах.
Однако, возникает ощущение что Лем своему главному герою иногда позволяет вернуться в «настоящую реальность», а именно тот самый канализационный подвал роскошного отеля Хилтона. Давайте посмотрим на цитатах так ли это?
А именно цитаты про крыс или может «крыс»?
Итак, цитата номер раз:

«Нас клонило ко сну; чтобы не свалиться в канал, мы привязались, кто чем мог, к железной лесенке под люком. Мою неспокойную дремоту прервало эхо взрыва, более сильного, чем все предыдущие. Я огляделся в полутьме (все фонарики, кроме одного, были предусмотрительно выключены). На бетонную дорожку вылезали громадные, толстые крысы. Удивительно было, что передвигались они гуськом и на задних лапах. Я ущипнул себя – вроде не сон. Разбудив профессора Троттельрайнера, я указал ему на этот странный феномен; он тоже опешил. Крысы ходили парами, вовсе не обращая на нас внимания; во всяком случае, они не собирались лизать нас, что профессор счел благоприятным симптомом – воздух скорее всего был чист.»

Очнувшись от глюков Тихий наблюдает крыс, гуляющих как люди. И сей факт его реально как-то «смущает».
(А теперь приведу пример из своей реальности.
Я конечно ни в коем случае не смотрю телевизор, совершенно справедливо полагая его гнусным «скопищем брехни и фейков». Я. как прогрессивный чувак открываю компьютер и включаю ютуб. Там я натыкаюсь на стрим некого кардинально лысого и объективно толстого господина, который называет себя профессором и гонит мне … «лютую дичь». «Профессор» совершенно серьёзно утверждает, что мой «любимый президент» уже давно типа того, и уже месяц как находится в холодильнике, потом несколько месяцев… потом год и два. Но от сего факта в моем мире ничего абсолютно не меняется. При этом я наблюдаю за реакцией других таких же как я, и вижу, что им откровенно весело. Тогда, я закрываю ютуб и профессора Соловья, одновременно прощаясь с иллюзией, что в ютубе обязательно водится истина, и одновременно с иллюзией, что мне как простому обывателю вообще могут показать и рассказать истинный ход вещей. Я увидел, как «крысы ходят по берегу канала».)
Цитата номер два:

«Я смерил его взглядом, весь подобрался, прыгнул и свалился в канал. И хотя я чуть не захлебнулся чёрной вонючей жижей – какое это было облегчение! Я вылез на берег; крыс поубавилось – должно быть, разбрелись кто куда. Остались всего четыре. Они играли в бридж у самых ног крепко спящего Троттельрайнера – его картами. Я ужаснулся. Даже если учесть небывалую концентрацию галлюциногенов – возможно ли, чтобы крысы в самом деле играли в бридж? Я заглянул в карты самой жирной. Она метала их как придётся. Какой уж там бридж! Ну и слава богу... Я облегчённо вздохнул.»

Все нормально, следующее пробуждение Тихого. Крысы или «Крысы» все больше имитируют деятельность людей, а вот самому Тихому, чтоб очнуться на время от глюков, приходится постоянно макаться  в вонючую и холодную жижу канализации., то есть вести себя как обычная крыса.
И наконец, цитата номер три:

«...воронка улицы стремительно надвигалась на нас, я приготовился к сокрушительному удару, однако падение оказалось мягким, брызнула черная жижа, зловонная, благословеннейшая трясина сомкнулась над моей головой – и опять расступилась. Я вынырнул посредине канала, отирая рукой глаза, с резким привкусом помоев во рту, но счастливый, как никогда! Профессор Троттельрайнер, разбуженный моими воплями, склонялся над топью и подавал мне, как братскую руку, ручку сложенного зонта. Отзвуки бумбардировки стихали. Дирекция «Хилтона» спала вповалку на надувных креслах (вот откуда взялись «надуванки»!), секретарши вели себя во сне вызывающе. Джим Стэнтор, храпя и ворочаясь с боку на бок, придушил крысу, которая выцарапывала шоколад у него из кармана; перепугались и он, и она. Присев у стены на коленях, Дрингенбаум, этот педантичный швейцарец, при бледном свете фонарика правил свой реферат. Занятие, в которое углубился профессор, возвещало начало второго дня футурологического конгресса; при этой мысли я разразился таким хохотом, что рукопись выпала у него из рук, плюхнулась в черную воду и поплыла – в неизведанное грядущее.»

Как мы видим «крыса» пытается выгрести содержимое карманов коллеги главного героя. В моей же «реальности» мои «крысы» могут содрать с меня последние  штаны вместе с содержимым их карманов. Мало того, они регулярно так и делают.
Плохо, что я сам уже давно не понимаю, где люди, а где «крысы»!!!

P.S. Многочисленные «кавычки» используются для обозначения виртуальных объектов.