Два Аиста

Над рекой, над тихой водой, где камыш шепчется с ветром,
поднимались в небо два белых аиста. Взлетели — будто две
звезды упали снизу вверх.

Крылья их были широки и легки, словно сотканы из утреннего
тумана и солнечных нитей. Клювы — острые, как стрелы, но
не для боя, а чтобы разить тьму. Глаза их горели тихим
золотом — в каждом глазу по затаённой заре. Летели они
неспешно, но неуклонно, как два гонца, посланных самой
Жизнью.

Смысл их полёта был прост и велик. Они несли друг друга.
Не в когтях, не на спине — а в сердце. Каждый взмах крыла
был молитвой. Каждый поворот головы — обетом верности. Они
летели не за добычей, не в тёплые края. Они летели, потому
что не могли иначе. Потому что два крыла, парящие в лад,
уже не просто птицы — они весть. Весть о том, что любовь
жива. Что она умеет летать. Что ей не нужны слова — довольно
неба.

А навстречу им, из-за дальних холмов, наползала чёрная туча.
Тяжёлая, грозовая, полная грома.

Но аисты не свернули. Они летели прямо — в самое сердце тьмы.
Не рядом, а чуть поодаль. Каждый знал свой путь. Каждый
держал своё крыло. Но курс был един. Словно нить невидимая
связала их сердца — и вела сквозь тень.

Туча клубилась, дышала холодом, силилась разъединить. Но где
ей, тёмной, справиться с белым светом? Аисты пролетали сквозь
неё, и перья их сияли всё ярче. Потому что любящие сердца и
во тьме остаются светом.

И вот расступилась туча. Кончилась. И открылось Небо.

Да не простое — а словно высокий дом с хрустальной крышей.
Крыша та сияла под солнцем, играла искрами, будто кто-то
рассыпал по ней пригоршню звёзд ещё до ночи. Свет струился
по хрустальным скатам, преломлялся, дрожал — и весь этот
дом, от края до края, был полон живого, дышащего сияния.
Будто само небо стало озером, а аисты — двумя белыми
лебедями в том озере. И закружились они в этом небесном
танце. То сойдутся — крыло к крылу, то разойдутся — и снова
друг к другу. Играют, обнимаются белыми крыльями, будто в
жмурки играют с самим светом. Ни ветер им не помеха, ни
время не властно. Есть только небо и два сердца, что бьются
в лад.

Выплыли впереди облака. Пушистые, огромные, как белые горы.
И аисты, не замедляясь, вошли в них. Не пропали — а вплыли.
Как в сказку. Как в сон. Как две души, что нашли друг друга
и теперь уже навсегда — одно.

А на земле стало тихо-тихо. Только река блестела, только
камыш качался. В вершине сияли два белых крыла. Ещё долго
оставался след. Словно кто-то прошептал — и разнёс ветер
по всему миру:

— Любовь не боится тучи. Любовь — сам свет.